Обобщение судебной практики причин отмены и изменения судебных актов по гражданским делам за 2 полугодие 2024 года
Обобщение судебной практики причин отмены и изменения судебных актов по гражданским делам за 2 полугодие 2024 года
В соответствии с планом работы Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия на первое полугодие 2025 года проанализированы причины отмены и изменения судебных актов в апелляционном и кассационном порядке за второе полугодие 2024 года.
Задачей и целью данного обобщения является выявление и анализ ошибок, допущенных судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия при рассмотрении дел, и недопущение аналогичных нарушений в дальнейшем.
Во втором полугодии 2024 года апелляционной инстанцией рассмотрено 155 гражданских дел, из них:
129 решений оставлено без изменения, 2 – изменено, 17 – отменено полностью, 7 – отменено в части.
Стабильность решений по гражданским делам за второе полугодие 2024 года составила 83,2 % (при среднереспубликанском показателе– 84,2%).
Необходимо отметить, что причинами отмены судебных постановлений за анализируемый период явились неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права.
1. Неправильное определение обстоятельств,
имеющее значение для дела
Само по себе использование земельного участка, не свидетельствует о получении права собственности на него.
К. обратился в суд с иском к администрации г.о.Саранск о включении в состав наследства земельного участка, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены.
Судом апелляционной инстанции решение суда отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.
Удовлетворяя исковые требования К., суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что спорный земельный участок был предоставлен К. на праве собственности, несмотря на отсутствие надлежащей регистрации права собственности на него, а потому требования К. о включении земельного участка в наследственную массу, признании за истцом права собственности него являются обоснованными и подлежат удовлетворению.
Судебная коллегия не согласилась с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они сделаны без учёта всестороннего и полного исследования доказательств в их совокупности, установленных обстоятельств настоящего дела.
Суду первой инстанции при рассмотрении спора необходимо было руководствоваться разъяснениями, данными в абзаце 3 пункта 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. №9 «О судебном практике по делам о наследовании», исходя из толкования которого, юридически значимым обстоятельством для разрешения настоящего спора является установление факта того, обращался ли при жизни наследодатель с заявлением о приобретении используемого им земельного участка в собственность в установленном пунктом 4 статьи 28 Федерального закона от 15 апреля 1998 г. №66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» порядке.
Материалами дела данный факт не установлен, отсутствие при жизни такого обращения наследодателя не создаёт права для наследников на включение земельного участка в наследственную массу.
(Апелляционное определение №33-1550/2024, судья Куликова И.В.).
2. Несоответствие выводов суда первой инстанции
обстоятельствам дела
Уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако, такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих эту несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.
М. обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.
Решением суда исковые требования М. удовлетворены частично, с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу М. взыскана неустойка в размере 80 000 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., в остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.
Суд апелляционной инстанции изменил решение суда, взыскав с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу М. неустойка в размере 200 000 руб., в остальной части решение суда оставил без изменения.
Изменяя решение суда, судебная коллегия указала следующее.
Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
В соответствии с пунктом 1 статьи 333 этого же Кодекса суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.
В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.
Как следует из пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании ст. ст. 317, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.
При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.
Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.
По мнению суда апелляционной инстанции у страховщика отсутствовали какие-либо препятствия для своевременной выплаты потерпевшему страхового возмещения в надлежащем размере, что позволило бы избежать возложение на ПАО СК «Росгосстрах» обязанности по выплате соответствующих штрафных санкций, доказательств уважительности причин невыплаты в установленные законом сроки страхового возмещения в материалах дела не содержится, а потому какие-либо исключительные основания для снижения размера неустойки отсутствуют.
(Апелляционное определение №33-1656/2024, судья Скуратович С.Г.).
Если грубая неосторожность истца и степень вины ответчика
равнозначны, в этом случае взысканию с ответчика подлежит 50% от
общего размера ущерба.
С. обратился в суд с иском к КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства», МП г.о. Саранск «Спецсервис» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП).
Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.
Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, исходя из того, что достаточных доказательств тому, что именно наличие зимней скользкости не позволило водителю С. двигаться на автомобиле в избранном направлении и контролировать движение транспортного средства, вследствие чего произошел занос автомобиля и столкновение со щитом, материалы дела не содержат, установив, что причиной ДТП является нарушение С. безопасного скоростного режима при тех дорожных и метеорологических условиях, при которых оно произошло, отказал в удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия оставила решение суда без изменения.
Суд кассационной инстанции отменил апелляционное определение, дело направил на новое апелляционное рассмотрение.
При повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции исковые требования С. к КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворены частично, с КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства» взыскано в пользу С. в возмещение материального ущерба, причиненного в результате ДТП 440 450 руб., а также судебные расходы, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано по следующим основаниям.
В силу пункта 2 статьи 28 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. №257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пользователи автомобильными дорогами имеют право получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу в случае строительства, реконструкции, капитального ремонта, ремонта и содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований данного Закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.
По правилам пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 10 декабря 1995г. №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. В пункте 2 данной статьи предусмотрено, что обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании по установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лиц, осуществляющих содержание автомобильных дорог.
Таким образом, вред, причиненный вследствие ненадлежащего состояния дорожного полотна автомобильной дороги, подлежит возмещению лицом, ответственным за содержание соответствующего участка автомобильной дороги.
Материалами дела установлено, что ответственным за содержание соответствующего участка автомобильной дороги является КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства».
Согласно заключению экспертов ООО «Оценочные системы» действия водителя С., управляющего автомобилем марки «Б» не соответствовали требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации при наезде на бордюр и рекламный щит.
Учитывая грубую неосторожность потерпевшего, а также определенную степень вины истца и ответчика (по 50%), размер возмещения вреда должен быть уменьшен, а КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства» должно возместить С. в рамках заявленных истцом требований материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 50% от общего размера ущерба.
(Апелляционное определение №33-1474/2024, судья Симонова Е.В.).
3. Нарушение или неправильное применение
норм материального права
При установлении начальной продажной стоимости заложенного
имущества необходимо установить такое юридически значимое
обстоятельство, как рыночная стоимость заложенного имущества на
момент разрешения спора.
Решением суда удовлетворены исковые требования ПАО «Сбербанк России» к П. об обращении взыскания на заложенное имущество – квартиру, путем реализации с публичных торгов, с установлением начальной продажной стоимости в размере 2 487 600 руб., принадлежащую П.
Апелляционным определением решение суда изменено в части установления начальной продажной стоимости заложенного имущества, резолютивная часть решения суда дополнена указанием на кредитный договор, в целях исполнения обязательств по которому производится обращение взыскания на заложенное имущество.
Изменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия отметила, что указанная судом в решении стоимость заложенного имущества не соответствует его действительной (рыночной) стоимости, поскольку с даты проведения оценки (17 июня 2016 г.) до рассмотрения дела судом первой инстанции (18 января 2024 г.) прошло более 7 лет, что существенно повлияло на стоимость объекта недвижимости, за такое продолжительное время изменился ее размер. Тем самым, судом первой инстанции фактически не было установлено такое юридически значимое обстоятельство, как рыночная стоимость заложенного имущества на момент разрешения спора, неверно определена начальная продажная стоимость заложенного имущества с учетом требований статьи 54 Закона об ипотеке.
В этой связи, судебная коллегия установила начальную продажную стоимость заложенного имущества на основании заключения эксперта Центра некоммерческих судебных строительно-технических экспертиз при ФГБОУ ВО «МГУ им. Н.П. Огарёва», в связи с чем решение суда первой инстанции в части установления размера начальной продажной стоимости заложенного имущества изменено на 2 997 747 руб. 20 коп., то есть 80 % от рыночной стоимости предмета залога, установленной заключением эксперта.
(Апелляционное определение №33-1281/2024, судья Надёжина С.Ю.).
Требование о восстановлении срока для принятия наследства
может быть удовлетворено при доказанности того обстоятельства,
что этот срок пропущен по уважительным причинам.
Решением суда исковые требования Г. к МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области (далее МТУ Росимущества) о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства, признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, удовлетворены.
Апелляционным определением решение суда отменено, принято по делу новое решение, которым заявленные исковые требования оставлены без удовлетворения.
Отменяя решение суда, судебная коллегия пришла к выводу о том, что истцом заявлены требования как о восстановлении срока принятия наследства, открывшегося после смерти К., так и о признании права на наследственное имущество - денежные средства.
По данному делу юридически значимым являлось установление фактов того, имеется ли спорное наследственное имущество в наличии и совершил ли наследник в течение шести месяцев после смерти наследодателя действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства либо пропустил срок на его принятие, уважительность или неуважительность причин пропуска срока, если таковой имел место быть, от выяснения данных обстоятельств зависело правильное разрешение судом спора.
Удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции не указал, какие именно уважительные причины имелись у истца, препятствующие обращению к нотариусу с заявлением о принятии наследства, и какие представленные истцом доказательства послужили основанием для восстановления истцу пропущенного срока для принятия наследства и как следствие, для признания права в порядке наследования на денежные средства.
Судом первой инстанции не учтено, что само по себе требование о восстановлении срока для принятия наследства может быть удовлетворено при доказанности того обстоятельства, что этот срок пропущен по уважительным причинам, исключавшим в период их действия возможность принятия таким наследником наследства в срок, предусмотренный статьёй 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), в то время, как истец ссылается на обратные обстоятельства, указывающие о наличии действий, свидетельствующих о принятии наследства.
Судебная коллегия отметила, что неосведомленность истца о наличии завещательных распоряжений на его имя, указанная истцом как единственная причина, и на которой настаивал истец и в суде апелляционной инстанции, не является уважительной для пропуска им срока принятия наследства, при том, что истец был осведомлен о смерти наследодателя, у которой других близких родственников на момент смерти не было, следовательно, истец имел возможность проверить данную информацию в разумный срок.
Доказательств в подтверждение того, что истцом совершены действия по фактическому принятию наследства, открывшегося после смерти К., истцом также не представлено, наличие какого-либо имущества, которым истец владел и пользовался в течение шести месяцев после смерти наследодателя, материалами гражданского дела не подтверждается.
(Апелляционное определение №33-1299/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Истцом не доказан факт неправомерной обработки ответчиками своих персональных данных в контексте рассматриваемого спора.
Ж. обратился в суд с иском к ООО МКК «Турбозайм», ООО «Русский Стандарт Банк», ООО МФК «Экофинанс», ООО МКК «Капиталъ-НТ», ПАО «МТС-Банк», АО «Тинькофф-Банк», ООО «МКК Кангария», ООО «ДЗП-Центр», ПАО Транскапиталбанк», ПАО «Промсвязьбанк», АО «Национальное бюро кредитных историй» о возложении обязанности произвести корректировку данных кредитной истории, признании договора займа незаключенным.
Решением суда исковые требования удовлетворены.
Суд апелляционной инстанции отменил решение суда в части удовлетворения исковых требований Ж. к ПАО «МТС-Банк», ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Траснкапиталбанк», по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований к указанным ответчикам отказано.
Отменяя решение суда, судебная коллегия указала, что в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) истец не доказал факта неправомерной обработки ответчиками (ПАО «МТС-Банк», ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Траснкапиталбанк») своих персональных данных в контексте рассматриваемого спора.
Сведений о нарушении сотрудниками указанных банков процедуры идентификации клиента не имеется; об утере, либо замене паспорта истец не заявлял; данных об обращении в органы внутренних дел, связанных с подачей указанных заявок и результатах таких обращений не представил.
Отсутствие между истцом и вышеуказанными кредитными организациями заключенных договоров займа, как о том указано судом первой инстанции, с учетом приведенных обстоятельств, в частности соотношения календарных дат выдачи согласий на обработку персональных сведений и направлений соответствующих запросов, а также сроков хранения согласия, самостоятельного правового значения не имеет и не может расцениваться как самостоятельное основание для возложения на ответчиков обязанности корректировки кредитной истории истца в рассматриваемой части.
(Апелляционное определение №33-1109/2024, судья Симонова Е.В.).
Неустойка к случаю несвоевременного возврата денежных средств потребителю, предусмотренная пунктом 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей, не подлежит взысканию, если о наличии недостатков товара не было заявлено истцом также как и неустойка при нарушении срока удовлетворения требований потребителя о возмещении убытков, если таковые не предусмотрены настоящим законом.
К. обратилась в суд с иском к ООО «Сапфир Авто» о взыскании денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.
Решением суда исковые требования К. удовлетворены частично, с ООО «Сапфир Авто» в пользу К. взысканы денежные средства в размере 470 000 рублей, неустойка за период с 22 марта 2024 г. по 6 сентября 2024 г. в размере 350 000 руб., неустойка за каждый день просрочки в размере 1% цены товара 1 514 000 руб., начиная с 7 сентября 2024 г. по день исполнения обязательства, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 33 670 руб. 49 коп., ущерб в размере 41 002 руб. 22 коп., неустойка за каждый день просрочки в размере 1% от 41 002 руб. 22 коп., начиная с 7 сентября 2024 г. по день исполнения обязательства, компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., штраф за не удовлетворение в добровольном порядке требования потребителя в размере 150 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Апелляционным определением решение суда первой инстанции в части взыскания неустойки за период с 22 марта 2024 г. по 6 сентября 2024 г. в размере 350 000 руб., неустойки за каждый день просрочки в размере 1% цены товара 1 514 000 руб., начиная с 7 сентября 2024 г. по день исполнения обязательства, неустойки за период с 22 марта 2024 г. по 6 сентября 2024 г. в размере 30 000 руб., неустойки за каждый день просрочки в размере 1% от 41 002 руб. 22 коп. (размер ущерба), начиная с 7 сентября 2024 г. по день исполнения обязательства отменено, принято новое решение, которым отказано в удовлетворении требований в указанной части.
Решение суда первой инстанции в части взыскания штрафа и в части взыскания государственной пошлины в доход бюджета г.о. Саранск изменено, постановлено взыскать штраф за невыполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 277 366 руб. 35 коп. и государственную пошлину в доход бюджета г.о. Саранск в размере 8 947 руб.
В остальной части решение суда оставлено без изменений.
Отменяя и изменяя решение суда в части судебная коллегия указала, что разрешая требования истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 2 422 000 руб. за период с 21 марта 2024 г. по 28 августа 2024 г. и далее по день фактического исполнения обязательства, суд первой инстанции со ссылкой на положение пункта 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей посчитал, что неустойка в размере 1% в день от цены договора подлежат начислению за период с 22 марта 2024 г. (следующий после последнего дня выполнения требований об уменьшении цены договора) по 6 сентября 2024 г. (дата вынесения решения) и составляет 2 543 520 руб. (из расчета 1 514 000 руб. х 1% х 168 дней). Также суд взыскал неустойку за нарушение срока удовлетворения требований потребителя за период с 7 сентября 2024 г. по день фактического исполнения в размере 1% в день от цены товара, равной 1 514 000 руб. Однако, применение судом первой инстанции положений пункта 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей к случаю несвоевременного возврата денежных средств (нарушение срока удовлетворения требований потребителя) по требованию потребителя, заявленному в связи с предоставлением ему ненадлежащей информации о товаре, и необусловленному обнаружением в товаре недостатков ошибочно, так как указанная норма применяется к случаям нарушения срока удовлетворения требований потребителя, предусмотренных в пунктах 1-4 статьи 18 названного закона, обусловленным наличием недостатков товара, возникающих после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации. Однако на наличие таких недостатков товара истец не ссылается.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика неустойки за период с 21 марта 2024 г. по 28 августа 2024 г. в размере 817 603 руб. 20 коп. и далее по день фактического исполнения обязательства, суд первой инстанции без ссылки на какую-либо норму права посчитал, что на сумму убытков в размере 41 002 руб. 22 коп. за период с 22 марта 2024 г. по 6 сентября 2024 г. (по дату вынесения решения) подлежит начислению неустойка в размере 1% в день, что из расчета суда составило 68 883 руб. 73 коп. Также суд постановил о взыскании неустойки за нарушение срока удовлетворения требований потребителя за период с 7 сентября 2024 г. по день фактического исполнения в размере 1% в день убытков в виде переплаты по процентам от суммы ущерба в размере 41 002 руб. 22 коп.
Вместе с тем, судом первой инстанции ошибочно взысканы указанные выше неустойки, так как Законом о защите прав потребителей они не предусмотрены при нарушении срока удовлетворения требований потребителя о возмещении убытков, причиненных включением в договор условий, ущемляющих права потребителя.
В свою очередь из взаимосвязанных положений статей 12, 13, 18, 22, 23 Закона о защите прав потребителей следует, что неустойка, предусмотренная статьей 23 названного закона, подлежат уплате потребителю в случаях: нарушения срока удовлетворения требования потребителя о возмещении убытков, причиненных вследствие продажи товара ненадлежащего качества, нарушения срока удовлетворения требования потребителя о возмещении убытков, причиненных вследствие предоставления ненадлежащей информации о товаре – при наличии недостатков товара, возникающих после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него надлежащей информации.
Однако, как указано выше, на наличие недостатков товара истец не ссылался.
Необоснованное взыскание судом неустойки, повлекло за собой и неправильное исчисление размера штрафа за неудовлетворение требования потребителя.
Кроме того, в соответствии со статьей 98 ГПК РФ изменено распределение судебных расходов исходя из удовлетворенных судом апелляционной инстанции требований.
(Апелляционное определение №33-2185/2024, судья Кечкина Н.В.).
Участник долевой собственности на жилое помещение не обладает безусловным правом на вселение в него и проживание в нем из-за размера, планировки жилого помещения, а также возможного нарушения прав других граждан на это жилое помещение. Право собственника может быть реализовано иными способами, в частности путем требования у других собственников соответствующей компенсации.
Ф., Г. обратились в суд с иском к З. о вселении в жилое помещение, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, определении порядка пользования.
Решением суда исковые требования Ф. и Г. удовлетворены частично, Ф. и Г. вселены в жилое помещение, на З. возложена обязанность не чинить препятствие истцам в пользовании жилым помещением и передать им ключи от входной двери жилого помещения. Требования об определении порядка пользования оставлены без удовлетворения.
Суд апелляционной инстанции оставил решение суда без изменения.
Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда определение апелляционной инстанции в части оставления без изменения решения суда первой инстанции о вселении Ф. и Г. в жилое помещение, возложении на З. обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым помещением и передаче ключей от входной двери отменено, в отмененной части дело направлено на новое апелляционное рассмотрение, в остальной части определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.
При новом рассмотрении суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции в части вселения Ф. и Г. в жилое помещение, возложении на З. обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым помещением и передаче ключей от входной двери отменил, принял новое решение в указанной части, которым в удовлетворении исковых требований Ф. и Г. отказал по следующим основаниям.
Материалами дела установлено, что Ф. и Г. являются собственниками ¼ доли в праве общей долевой собственности спорного жилого помещения, в квартире никогда не проживали, расходы по содержанию жилья не несут, твердого намерения проживать в квартире не имеют, зарегистрированы и проживают по другим адресам. Кроме того, каждый из них имеет в собственности иные жилые помещения.
В тоже время установлено, что ответчик З. зарегистрирована и проживает в спорном жилом помещении достаточно длительный период времени, при этом Ф. и Г. членами семьи никогда не являлись и не являются.
В силу пункта 2 статьи 288 ГК РФ и части 1 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее ЖК РФ) жилые помещения предназначены для проживания граждан.
Согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.
Применительно к жилому помещению как к объекту жилищных прав, а также с учетом того, что жилые помещения предназначены для проживания граждан, в отсутствие соглашения сособственников жилого помещения о порядке пользования этим помещением участник долевой собственности имеет право на предоставление для проживания части жилого помещения, соразмерной его доле, а при невозможности такого предоставления право собственника может быть реализовано иными способами, в частности путем требования у других сособственников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.
Доля жилого помещения принадлежащая Ф. и Г. составляет 6,42 кв.м, жилой площади каждому. Доля ответчика составляет 12,85 кв.м.
С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у сторон отсутствует реальная возможность совместного проживания в одной квартире, технические характеристики жилого помещения не позволяют выделить в пользование истцам жилое помещение соразмерно их долям в общем имуществе, и в случае вселения будет нарушен баланс интересов сторон спора.
(Апелляционное определение №33-2046/2024, судья Скуратович С.Г.).
Если сведения, распространенные о совершении уголовно наказуемого деяния не соответствуют действительности и не доказаны, то распространение таких сведений носит порочащий честь и достоинство характер.
П. обратилась в суд с иском к С. о защите чести, достоинства, компенсации морального вреда.
Разрешая по существу возникший спор, суд первой инстанции, указав на отсутствие доказательств того, что сообщение было прочитано более чем одним пользователем, сославшись при этом на то, что в тексте сообщения не имеется персональных данных истца, а сами высказывания изложены в форме личного мнения ответчика, пришел к выводу, что истцом не представлено доказательств распространения о ней сведений, имеющих порочащий характер, в связи с чем постановил решение об отказе в удовлетворении иска.
Судом апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено, принято по делу новое решение которым исковые требования П. к С. удовлетворены частично, сведения распространённое С. в групповом чате жильцов жилого дома в отношении П. признаны не соответствующими действительности, на С. возложена обязанность в течении 10 дней с момента вступления в законную силу апелляционного определения опубликовать в групповом чате собственников и жильцов жилого дома опровержение выше указанных сведений, взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., в остальной части требования П. оставлены без удовлетворения по следующим основаниям.
Согласно части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
В соответствии с частью 3 статьи 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.
Согласно пункту 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что размещенное С. в общедомовом чате сообщение содержит утверждение о нарушении П. действующего законодательства, а именно о совершении ею преступления, и недобросовестном поведении в общественной жизни, и такое высказывание очевидно направлено на формирование отрицательного восприятия личности истца, ее человеческих достоинств и деловых качеств, поскольку совершение кражи чужих денежных средств в крупном размере является уголовным наказуемым деянием, которое явно осуждается в обществе и воспринимается как нечестный поступок, противоречащий общепринятым нормам морали и права. Учитывая, что ответчиком С. не представлено доказательств совершения П. уголовно наказуемого деяния, сведения распространённые первой не соответствуют действительности, принял по делу указанный выше судебный акт.
(Апелляционное определение №33-1995/2024, судья Скуратович С.Г.).
У суда нет оснований для отказа в удовлетворении требований о выплате единовременной премии за руководство (наставничество) при установлении данного факта.
В. обратилась в суд с иском к Федеральному бюджетному учреждению Мордовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации о признании незаконным и отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания, о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального ущерба.
Решением суда исковые требования удовлетворены частично. Признан незаконным приказ директора Федерального бюджетного учреждения Мордовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации о наложении дисциплинарного взыскания. Истец восстановлена на работе в прежней должности, с ответчика в пользу В. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула, компенсация морального вреда, в удовлетворении остальной части требований, отказано.
Судом апелляционной инстанции решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании единовременной премии за руководство подготовкой эксперта С. к аттестации в рамках дополнительного профессионального образования отменено, по делу в данной части принято новое решение, которым данные требования В. удовлетворены.
Судебной коллегией установлено, что коллективным договором, заключенным между администрацией и работниками ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста РФ, предусмотрена дополнительная выплата за руководство подготовкой эксперта к аттестации в рамках дополнительного профессионального образования при условии положительной аттестации эксперта Экспертно-квалификационной комиссией (пункт 3.4).
Материалами дела установлен факт согласования наставника В. для обучения эксперта С., который впоследствии успешно был аттестован.
Таким образом, у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении требования В. в данной части.
(Апелляционное определение №33-1316/2024, судья Куликова И.В.).
Право застрахованных лиц на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.
Решением суда удовлетворены исковые требования Ш. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия о возложении обязанности произвести доплату недополученной суммы обеспечения по страхованию в связи со смертью застрахованного лица. С ответчика в пользу Ш. взыскана недополученная за период с 2 февраля 2012 г. по 16 ноября 2020 г. ежемесячная страховая выплата в связи со смертью застрахованного лица П. в размере 1 068 744 руб. 16 коп.
Апелляционным определением решение суда первой инстанции в части удовлетворения исковых требований о взыскании в пользу Ш. с ОСФР по Республике Мордовия недополученной за период со 2 февраля 2012 г. по 16 ноября 2020 г. ежемесячной страховой выплаты в связи со смертью застрахованного лица П. в размере 1 068 744 руб. 16 коп. отменено, по делу в данной части принято новое решение о взыскании с ОСФР по Республике Мордовия в пользу Ш. недополученной за период с 7 декабря 2018 г. по 16 ноября 2020 г. ежемесячной страховой выплаты в связи со смертью застрахованного лица П. в размере 267 483 руб. 02 коп. В остальной части решение суда оставлено без изменения.
Рассматривая исковые требования Ш., суд первой инстанции пришел к выводу, что страховой случай был подтвержден судебным постановлением от 7 декабря 2021 г., в связи с чем, истец обратилась за страховой выплатой в пределах трехлетнего срока, предусмотренного статьей 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ.
Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, то есть с момента повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Правоотношения между истцом и ответчиком возникли с момента смерти застрахованного лица, то есть со 2 февраля 2012 г., именно с этого времени течет срок реализации права на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного лица.
ОСФР по Республике Мордовия представлен ответ, согласно которому Ш. только 17 ноября 2023 г. подала соответствующее заявление, после чего ей были назначены страховые выплаты.
Вместе с тем из материалов дела по заявлению Ш. об установлении факта нахождения на иждивении, истребованного судом апелляционной инстанции, следует, что истец в 2021 году уже обращалась к ответчику с заявлением о назначении страховых выплат, но ей было отказано по причине отсутствия правовых оснований для назначения страхового обеспечения, поскольку заявитель не относится ни к одной категории граждан, имеющих право на получение выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая.
Судебными постановлениями был установлен факт нахождения Ш. на иждивении П., в связи с чем, судебная коллегия пришла к выводу, что при первичном обращении Ш. у ответчика отсутствовали правовые основания не доверять представленным заявителем документам, подтверждающим как факт наступления страхового случая, так и факт нахождения Ш. на иждивении умершей.
Кроме того, 7 декабря 2021 г. в ходе рассмотрения апелляционной жалобы представителя П. на решение Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 23 июля 2021 г. о признании незаконным и отмене акта о расследовании несчастного случая, произошедшего с П., суд апелляционной инстанции привлек к участию в деле Государственное учреждение – региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия, поскольку исход спора порождал для указанного привлеченного лица правовые последствия в виде обеспечения по социальному страхованию, и именно с этой даты ответчик располагал сведениями о том, что Ш. имеет право на страховое обеспечение в связи со смертью застрахованного лица, так как представитель Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия присутствовал в судебном заседании.
При таких обстоятельствах решение суда в части удовлетворения требований истца о взыскании с ОСФР по Республике Мордовия страхового возмещения за период со 2 февраля 2012 г. по 6 декабря 2018 г. подлежало отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска в данной части.
(Апелляционное определение №33-1571/2024, судья Надёжина С.Ю.).
Штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя не подлежит взысканию, если срок для добровольного удовлетворения требований потребителя истек в период действия моратория.
Решением суда первой инстанции исковые требования З. к ООО «СЗ «Вертикаль» удовлетворены частично. С ООО «СЗ «Вертикаль» в пользу З. взыскана неустойка за несвоевременную передачу объекта долевого строительства – квартиры по договору участия в долевом строительстве в размере 85 000 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 30 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований З. отказано.
ООО «СЗ «Вертикаль» предоставлена отсрочка исполнения решения суда в части взыскания неустойки в размере 85 000 руб. и штрафа в размере 30 000 руб. до даты окончания ограничений, установленных постановлением Правительства Российской Федерации от 18 марта 2024 г. №326 «Об установлении особенностей применения неустойки (штрафа, пени), иных финансовых санкций, а также других мер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договорам участия в долевом строительстве, установленных законодательством о долевом строительстве».
Апелляционным определением указанное решение суда отменено в части взыскания штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя, принято в этой части новое решение, которым во взыскании штрафа отказано. Исключено из абзаца четвертого резолютивной части решения суда указание на предоставление отсрочки исполнения решения суда в части взыскания штрафа в размере 30 000 руб.
Разрешая доводы апелляционной жалобы о неправомерном взыскании штрафа, судебная коллегия указала следующее.
В силу пунктов 1 и 3 постановления Правительства Российской Федерации от 18 марта 2024 г. №326 «Об установлении особенностей применения неустойки (штрафа, пени), иных финансовых санкций, а также других мер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договорам участия в долевом строительстве, установленных законодательством о долевом строительстве» за период с 22 марта 2024 г. по 31 декабря 2024 г. неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции по договорам участия в долевом строительстве не начисляются и не взыскиваются.
В Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного суда Российской Федерации от 19 июля 2023 г. (ответ на вопрос 2) разъяснено, что если правомерные требования потребителя не удовлетворены застройщиком добровольно и срок для добровольного удовлетворения этих требований истек до введения моратория, то независимо от даты принятия судом решения с застройщика подлежит взысканию штраф за нарушения, допущенные до введения моратория, с указанием на отсрочку уплаты этого штрафа до окончания моратория.
Если срок для добровольного удовлетворения требований потребителя истек в период действия моратория, то указанный выше штраф взысканию с застройщика не подлежит.
Учитывая, что претензия истца о выплате неустойки в течение 14 дней с момента предъявления претензии направлена ответчику 1 апреля 2024 г., получена ООО СЗ «Вертикаль» 2 апреля 2024 г., и срок для добровольно удовлетворения требований З. истекал 16 апреля 2024 г., то есть в период действия моратория, выводы суда первой инстанции о наличии в данном случае оснований для взыскания с ООО СЗ «Вертикаль» штрафа основаны на неверном применении норм материального права с учетом положений постановления Правительства Российской Федерации от 18 марта 2024 г. №326.
Соответственно, в данной части решение суда отменено, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании с застройщика штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.
(Апелляционное определение №33-2064/2024, судья Надёжина С.Ю.).
Обязанность суда приостановить производство по делу по основанию, установленному абзацем 5 статьи 215 ГПК РФ, связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения судом спора до принятия решения по другому делу.
Решением суда первой инстанции исковые требования ПАО «Совкомбанк» к Л. о взыскании задолженности по кредитному договору с наследника удовлетворены.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии неисполненных обязательств перед истцом у умершего Л.И., наследником которого является Л., отвечающий перед банком в пределах стоимости перешедшего к нему имущества умершего заёмщика.
С данными выводами суда первой инстанции апелляционная инстанция не согласилась, отменила решение суда, в удовлетворении исковых требований ПАО «Совкомбанк» к Л. о взыскании задолженности по кредитному договору отказала, мотивируя свои выводы следующим.
При рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом должны быть разрешены вопросы признания наследников, принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.
Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств в рассматриваемом деле является установления факта принятия (непринятия) наследства ответчиком Л. после смерти Л.И.
Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия Верховного Суда Республики Мордовия указала, что у суда имелась процессуальная обязанность приостановить производство по делу до разрешения гражданского дела по заявлению Л. об установлении факта непринятия наследства.
Однако, суд первой инстанции, в нарушение требований процессуального закона, отказал в удовлетворении ходатайства ответчика Л. о приставлении производства по делу в связи с его обращением с исковыми требованиями в другой районный суд о признании его непринявшим наследство после смерти отца Л.И., в связи с тем, что решение по указанному делу не принято.
При этом, решением другого районного суда установлен факт непринятия ответчиком Л. наследства, который имеет существенное значение при разрешении рассматриваемого спора о взыскании задолженности по кредитному договору.
В соответствии с установленным фактом, ответчик не может являться наследником умершего должника и отвечать в пределах наследственного имущества по его долгам, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.
(Апелляционное определение №33-1276/2024, судья Бурлаков И.И.).
Компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.
Решением суда исковые требования П., действующего в интересах несовершеннолетнего П.А., к МОУ «Средняя общеобразовательная школа с углубленным изучением предметов №39», Л. и его законным представителям Л.А., Л.Н. о компенсации морального вреда, удовлетворены частично.
С Л., а в случае отсутствия у него дохода или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, полностью или в недостающей части с его законных представителей Л.А. и Л.Н. в равных долях, в пользу П. взыскана компенсация морального вреда в размере 180 000 руб.
Изменяя решение суда, судебная коллегия приняла во внимание характер полученных П. телесных повреждений в результате публичного конфликта, инициатором которого являлся Л. (на уроке физической культуры ответчик Л. перед всем классом снял трико и трусы с П. и нанес не менее одного удара кулаком правой руки в область лица П.), возраст несовершеннолетнего П. на момент нанесения телесных повреждений (15 лет), обстоятельства, при которых получена травма (нахождение в МОУ «СОШ №39» на уроке физической культуры при иных несовершеннолетних, в том числе противоположного пола), последствиям причиненных телесных повреждений (стационарное и амбулаторное лечение, хирургические вмешательства, необходимость продолжения лечения, длительное восстановление здоровья, частично утеряна чувствительность лица, от хирургического вмешательства остался шрам, причинение тяжкого вреда по признаку опасности для жизни), необходимость длительного наблюдения у врача-хирурга, врача-невролога, временная утрата возможности вести нормальную активную и привычную жизнь, а также то обстоятельство, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, то есть в любом случае она должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом – компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания, увеличила размер компенсации морального вреда до 380 000 руб.
(Апелляционное определение №33-1484/2024, судья Бурлаков И.И.).
Наличие решения суда, которым удовлетворены требования кредитора в отношении одного из солидарных должников (должника по основному обязательству), не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника (поручителя), если кредитором не было получено исполнение в полном объеме (пункт 1 статьи 323 ГК РФ).
Решением суда исковые требования ООО «Компонент Поставка НН» к А. о взыскании суммы задолженности и судебных расходов удовлетворены, судом постановлено о взыскании с А. в пользу ООО «Компонент Поставка НН» суммы долга по договору контрактации сельскохозяйственной продукции в размере 790 371 руб. 72 коп. и судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 11 104 руб.
Апелляционным определением решение суда изменено, с А. в пользу ООО «Компонент Поставка НН» взыскана задолженность в размере 550 000 руб., постановлено взыскание задолженности с А. производить с учетом солидарной ответственности с индивидуальным предпринимателем И.А. по решению Арбитражного суда Республики Мордовия от 31 января 2022 г. по делу № А39-11034/2021. С А. в пользу ООО «Компонент Поставка НН» взысканы также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 104 руб.
При рассмотрении дела, судом первой инстанции установлено, что 21 апреля 2021 г. между ИП Глава КФХ И. (производитель) и ООО «Компонент Поставка НН» заключен договор контрактации сельскохозяйственной продукции, по условиям раздела которого производитель обязался произвести и передать в срок до 31 октября 2021 г. в собственность заготовителя сельскохозяйственную продукцию, а заготовитель принять и оплатить его на условиях выдачи производителю денежного аванса в размере 10 010 000 руб.: 5 000 000 руб. производится в течение 3 (трех) банковских дней с момента подписания договора, 5 010 000 руб. – до 6 мая 2021 г. (пункты 3.1, 3.2 договора).
В случае существенного нарушения условий договора по вине производителя, а именно невозможности передачи товара в срок, определенный в договоре в полном объеме заготовитель вправе в одностороннем порядке расторгнуть договора, при этом уплаченные заготовителем денежные средства считаются переданными производителем на условиях коммерческого кредита (пункт 3.8 договора). За пользование коммерческим кредитом производитель уплачивает поставщику проценты из расчета 42 (сорок два) процента годовых (пункт 3.9 договора).
По условиям пункта 4.2.1.1 при несоблюдении предусмотренных договором условий и сроков передачи или не передачи товара, производитель выплачивает заготовителю пеню в размере 0,1% в день от размера, выданного заготовителем денежного аванса, не покрытого передачами товара.
При просрочке передачи товара свыше 15 календарных дней производитель уплачивает заготовителю помимо пени штраф в размере 10% от стоимости несданного в срок товара (пункт 4.2.1.2).
ООО «Компонент Поставка НН» перечислило ИП И. денежные средства в сумме 10 010 000 руб. за пшеницу.
Глава КФХ И., указав на создавшиеся неблагоприятные погодные условия (засуха) и невозможность выполнить принятые на себя обязательства по спорному договору, письмом уведомил ООО «Компонент Поставка НН» о расторжении договора в одностороннем порядке.
При невозможности передачи товара на условиях договора производитель обязан до истечения срока передачи в течение 3 банковских дней с момента наступления невозможности исполнения обязательств вернуть заготовителю полученную предоплату (пункт 3.6 договора).
1 сентября 2021 г. денежные средства в сумме 10 010 000 руб. возвращены производителем заготовителю.
В обеспечение исполнения обязательств ИП ГКФХ И. по договору контрактации между ООО «Компонент Поставка НН» (кредитор), ИП Глава КФХ И. и А. (поручитель) заключен договор поручительства №1 от 21 апреля 2021 г., согласно пункту 1.1 которого поручитель обязался перед кредитором отвечать за исполнение обязательств по договору контрактации сельскохозяйственной продукции, заключенного между кредитором и должником номер 21/04/21 от 21 апреля 2021 г.
В связи с тем, что поставка товара (пшеницы в количестве 1300 тонн) до 31 октября 2021 г. Главой КФХ И. произведена не была, истец претензией от 2 сентября 2021 г. потребовал уплатить проценты за пользование коммерческим кредитом, со ссылкой на пункт 3.9 договора контрактации, неустойку и штраф за просрочку передачи урожая семян.
Решением Арбитражного Суда Республики Мордовия от 31 января 2022 г. с Главы крестьянского (фермерского) хозяйства И. взыскан в пользу ООО «Компонент Поставка НН» штраф в размере 1 001 000 руб., судебные расходы.
Однако суд первой инстанции при рассмотрении дела не принял во внимание выше установленные обстоятельства.
Изменяя решение суда, судебная коллегия указала, что наличие решения суда, которым удовлетворены требования кредитора в отношении одного из солидарных должников (должника по основному обязательству), не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника (поручителя), если кредитором не было получено исполнение в полном объеме (пункт 1 статьи 323 ГК РФ).
В этом случае в решении суда должно быть указано на солидарный характер их ответственности и на известные суду судебные акты, которыми удовлетворены требования к другим солидарным должникам.
(Апелляционное определение №33-1447/2024, судья Бурлаков И.И.).
Пособие по временной нетрудоспособности подлежит зачету при определении суммы утраченного заработка.
Решением суда исковые требования К. к ООО ТРК «ОгарёвПлаза» о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, расходов на лечение, штрафа удовлетворены частично, с ООО ТРК «ОгарёвПлаза» в пользу К. взысканы: компенсация морального вреда в размере 250 000 руб., сумма утраченного заработка – 121 848 руб. 24 коп., затраты на лечение – 9 772 руб. 10 коп., штраф в размере 100 000 руб. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения. С ответчика в бюджет городского округа Саранск также взыскана государственная пошлина.
Апелляционным определением решение суда первой инстанции изменено, с ООО ТРК «ОгарёвПлаза» в пользу К. взыскана компенсация морального вреда в размере 250 000 руб., сумма утраченного заработка в размере 63 253 руб. 24 коп., расходы на лечение в размере 9 772 руб. 10 коп., штраф в размере 125 000 руб.
Изменяя решение суда, судебная коллегия указала, что суд первой инстанции не принял во внимание, что за период его нетрудоспособности К. выплачено пособие по временной нетрудоспособности, которое в силу правовых положений и разъяснений вышестоящих судебных инстанций подлежит зачету при определении суммы утраченного заработка, поскольку причинитель вреда обязан восполнить истцу только те потери в его заработке, которые объективно были им понесены в связи с невозможностью осуществления им трудовой деятельности.
Кроме того, определяя размер штрафа, суд первой инстанции произвел его расчет исходя из подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца сумм компенсации морального вреда, утраченного заработка и расходов на лечение, при этом снизил его размер до 100 000 руб.
Между тем, штраф в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» подлежит взысканию с ответчика в пользу К. только с присужденной суммы компенсации морального вреда без учета сумм утраченного заработка и расходов на лечение, которые не являются бесспорными и подлежат установлению судом с учетом конкретных обстоятельств дела и представленных доказательств, в связи с чем, возложение на ООО ТРК «Огарев Плаза» ответственности в виде штрафа за невыплату в добровольном порядке утраченного заработка и расходов на лечение нельзя признать правильным.
Таким образом, размер штрафа, подлежащего взысканию в пользу К., подлежал исчислению следующим образом: 250 000 руб. / 2 = 125 000 руб.
В связи с изменением обжалуемого решения суда первой инстанции в соответствующей части, судебная коллегия в соответствии с частью 3 статьи 98 ГПК РФ изменила распределение судебных расходов в части взыскания с ООО ТРК «ОгарёвПлаза» в доход бюджета суммы государственной пошлины.
(Апелляционное определение №33-1636/2024, судья Бурлаков И.И.).
Денежные средства, выплаченные в счет возмещения ущерба в добровольном порядке на основании соглашения о досудебном урегулировании спора, не порождают правовых оснований для предъявления иска о взыскании части этих денежных средств в порядке регресса.
Решением суда исковые требования Б., действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего Б.Р. к Б.В. о признании договора купли-продажи автомобиля от 18 августа 2023 г., заключенного между Б.В. и несовершеннолетним Б.Р. недействительным, взыскании 125 000 руб., уплаченных П. в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворены.
Договор купли-продажи автомобиля признан недействительным, на Б.Р. возложена обязанность передать Б.В. указанный автомобиль, с Б.В. в пользу Б.Р. взыскана полученная по договору купли-продажи автомобиля от 18 августа 2023 г. сумма в размере 16 500 руб., с Б.В. в пользу Б. взыскано 50% от денежной суммы, выплаченной П. в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в размере 125 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 700 руб., с Б.В. в доход государства также взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.
Принимая решение об удовлетворении заявленных исковых требований в части взыскания с Б.В. в пользу Б. денежной суммы в размере 125 000 руб., в счет возмещения причиненного П. материального ущерба, составившего 250 000 руб., суд первой инстанции исходил из того, что Б.В. передал несовершеннолетнему Б.Р., в том числе, право пользования транспортным средством, который в силу возраста и отсутствия водительского удостоверения не имеет права управления транспортным средством.
Апелляционным определением решение суда первой инстанции изменено в части указания администратора государственной пошлины. В остальной части решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя ответчика – без удовлетворения.
Кассационным определением указанное выше апелляционное определение в части оставления без изменения решения суда первой инстанции о взыскании с Б.В. в пользу Б. 125 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 700 руб. отменено, в отмененной части дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.
При новом апелляционном рассмотрении дела, судебная коллегия решение суда первой инстанции в части взыскания с Б.В. в пользу Б. 125 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 700 руб. отменила, приняла по делу в этой части новое решение, которым отказано Б., действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего Б.Р. в удовлетворении иска к Б.В. о взыскании 125 000 руб., уплаченных П. в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
Отменяя решение суда в части, судебная коллегия по гражданским делам указала, что судом первой инстанции не учтено, что на момент ДТП договор купли-продажи транспортного средства являлся действующим, транспортное средство фактически передано несовершеннолетнему покупателю с ведома и с участием законного представителя Б.Р., доказательств подтверждающих наличие причинно-следственной связи между заключением договора купли-продажи транспортного средства и причинением Б.Р. ущерба потерпевшему П. суду не представлено. Установлено отсутствие должного контроля за действиями несовершеннолетнего со стороны его родителей, что привело к тому, что Б.Р., управляя транспортным средством без законного на то права, совершил ДТП в ночное время. Кроме того, денежные средства в размере 250 000 руб. выплачены Б. в счет возмещения ущерба причиненного П. в добровольном порядке на основании соглашения о досудебном урегулировании спора, что, с учетом вышеприведенных обстоятельств, не порождает правовых оснований для предъявления иска о взыскании части этих денежных средств в порядке регресса.
(Апелляционное определение №33-1966/2024, судья Бурлаков И.И.).
Разъяснения о солидарном порядке возмещения расходов не могут быть применены, если ответчики не являются солидарными должниками (кредиторами), при этом, схожая процессуальная позиция не делает их участие в споре совместным, а ответственность солидарной.
Определением суда первой инстанции заявление Г. о взыскании судебных расходов, понесенных при рассмотрении гражданского дела по иску Г. к П., ТСН «Хмельницкого 42» о признании решения общего собрания собственников жилого дома, оформленное протоколом №1 от 14 июня 2022 г. по вопросу №4 в части выбора способа управления и создания ТСН «Хмельницкого 42» незаконным и не порождающих правовых последствий с момента принятия данного решения, удовлетворено, с П., ТСН «Хмельницкого 42» в солидарном порядке взыскана сумма судебных расходов в размере 89 246 руб.
Апелляционным определением судебный акт первой инстанции отменен, вопрос разрешен по существу. Заявление Г. о взыскании с П., ТСН «Хмельницкого 42» судебных расходов удовлетворено частично. С ТСН «Хмельницкого 42» и П. в пользу Г. взысканы расходы на оплату услуг представителя в размере 30 500 руб., почтовые расходы в размере 123 руб., с каждого. В остальной части заявление Г. оставлено без удовлетворения.
Отменяя определение суда первой инстанции, суд вышестоящей инстанции указал, что при применении солидарного порядка возмещения расходов судом не было учтено, что в рамках рассматриваемого спора ответчики не являются солидарными должниками, и их обязательства не подпадают под требования статьи 322 ГК РФ. В данном случае солидарный порядок ответственности не предусмотрен отдельными положениями законодательства.
(Апелляционное определение №33-2217/2024, судья Бурлаков И.И.).
Предоставление денежной компенсации за выполнение сотрудником уголовно-исполнительной системы с установленной пятидневной служебной неделей или ненормированным служебным днем служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни действующим приказом Минюста России от 5 августа 2021 г. №132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» не предусмотрено.
Решением суда исковые требования М. к ФКУ «ИК №10» УФСИН по Республике Мордовия о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочную работу и работу в выходные дни, компенсации морального вреда удовлетворены частично, с ответчика в пользу М. взысканы компенсация за работу сверх установленной законом продолжительности рабочего времени в размере 75 363 руб. 05 коп., компенсация морального вреда в размере 7 000 руб. В удовлетворении остальной части иска М. отказано.
Апелляционным определением решение суда в части, в которой удовлетворены исковые требования М. к ФКУ «ИК №10» УФСИН по Республике Мордовия о взыскании компенсации за работу сверх установленной законом продолжительности рабочего времени, компенсации морального вреда отменено, принято по делу новое решение об отказе в удовлетворении данных исковых требований. В остальной части решение суда оставлено без изменения.
Отменяя решение суда, судебная коллегия указала, что удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации за сверхурочную работу, судом первой инстанции не учтено то обстоятельство, что истец являлся сотрудником, замещающим должность руководителя (начальника) из числа должностей старшего и высшего начальствующего состав, для которого установлен ненормированный служебный день в соответствии с частью 5 статьи 55 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», за который предоставляется дополнительный отпуск, в то время как работа сверх установленной продолжительности рабочего времени лиц с ненормированным рабочим днем не считается сверхурочной; что М. установлен ненормированный рабочий день и ему предоставлялись в спорные периоды времени дополнительные отпуска за ненормированный служебный день. Кроме того, М. пропущен установленный законом трехмесячный срок для обращения в суд.
(Апелляционное определение №33-2132/2024, судья Митрошкина Е.П.).
Существенным обстоятельством при определении размера алиментов является не только материальное и семейное положение лица, обязанного уплачивать алименты и получателя алиментов, но и интересы несовершеннолетнего ребенка, которые в силу требований закона находятся в приоритете.
Решением суда исковые требования А.Н. к А.К. об изменении размера алиментов на несовершеннолетнего ребенка оставлены без удовлетворения.
Разрешая исковые требования истца и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств, подтверждающих факт изменения материального положения истца после постановленного судом решения от 14 апреля 2014 г. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка истцом не предоставлено, каких-либо уважительных причин для увеличения установленного решением суда размера алиментов, подлежащих уплате ответчиком в пользу истца, не имеется.
Апелляционным определением решение суда оставлено без изменения.
Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда отменила апелляционное определение, направив дело на новое апелляционное рассмотрение.
При новом рассмотрении дела, судебная коллегия, не согласилась в полной мере с выводами суда первой инстанции, поскольку они не соответствовали фактическим обстоятельствам дела.
Оценив материальное и семейное положение сторон, их состояние здоровья, наличие и размер источника дохода, возраст ребенка, его состояние здоровья и потребности, уровень инфляционных процессов в регионе проживания несовершеннолетнего, учитывая положения статей 80, 81, 83 Семейного кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, данные в пунктах 8, 22, 27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. №56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда первой инстанции и удовлетворения исковых требований истца о взыскании с ответчика А.К. в пользу А.Н. алиментов на содержание несовершеннолетней дочери в твёрдой денежной сумме в размере 8 268 руб., что составляет 2/3 величины прожиточного минимума, установленного для детей на 2023 год в Республике Мордовия Постановлением Правительства Республики Мордовия № 497 от 4 июля 2022 г. «Об установлении величины прожиточного минимума в Республике Мордовия на 2023 год», ежемесячно, начиная взыскание со дня вступления решения суда в законную силу и до достижения ребёнком совершеннолетия.
Судебная коллегия указала, что уплата алиментов в твердой денежной сумме не нарушит конституционные права и свободы ответчика как гражданина, уплачивающего алименты, поскольку имеет своей целью сохранение уровня жизнеобеспечения его получателя – несовершеннолетнего ребенка, направлена на соблюдение установленных Конституцией Российской Федерации и Конвенцией о правах ребенка принципов справедливости, равенства, соразмерности, а также стабильности, гарантированности, защиты прав и интересов нуждающегося в материальной поддержке несовершеннолетнего ребенка со стороны родителей, не предполагая чрезмерное и неразумное обременение ответчика.
Существенным обстоятельством для определения размера алиментов является не только материальное и семейное положение лица, обязанного уплачивать алименты и получателя алиментов, но и интересы несовершеннолетнего ребенка, которые в силу закона находятся в приоритете, и, определяя размер алиментов, подлежащих взысканию, суд, прежде всего, должен руководствоваться интересами ребенка, чтобы сохранить ему максимально возможный прежний уровень его обеспечения.
При этом доказательство того, что ответчик по своему состоянию здоровья или в силу иных объективных причин не имеет возможности трудиться на условиях полной занятости или не имеет возможности иметь дополнительный доход, не представлено.
Разрешая исковые требования, суд первой инстанции не учел вышеприведенные положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, и не установил все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
(Апелляционное определение №33-1307/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Право застрахованных лиц на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, то есть с момента повреждения здоровья или смерти застрахованного лица вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.
Решением суда удовлетворены исковые требования Ш. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия (далее ОСФР) о возложении обязанности произвести доплату недополученной суммы обеспечения по страхованию в связи со смертью застрахованного лица. На ОСФР возложена обязанность произвести доплату единовременной выплаты в связи со смертью застрахованного, иждивенцу Ш. в размере 927 298 руб. 80 коп. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.
Апелляционным определением решение суда отменено, исковые требования Ш. оставлены без удовлетворения.
Отменяя решения суда, судебная коллегия указала, что право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, то есть с момента повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.
Таким образом, установленный законом размер единовременной выплаты не ставится в зависимость от даты признания решением суда несчастного случая на производстве страховым, либо даты выдачи заключения медико-социальной экспертизы.
Правоотношения между истцом и ответчиком возникли с момента смерти застрахованного лица, то есть со 2 февраля 2012 г., в связи с чем, размер единовременной выплаты должен определяться на основании положений ст. 11 ФЗ №125-ФЗ, действующих на данную дату.
Судом апелляционной инстанции установлено, что единовременная страховая выплата истцу в размере, предусмотренном ФЗ на дату страхового случая – 2 февраля 2012 г., ответчиком произведена, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований у суда первой инстанции не имелось.
(Апелляционное определение №33-1522/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Продавец обязан представить потребителю своевременно такую информацию о товаре, которая обеспечивала бы возможность свободного и правильного выбора товара покупателем, исключающего возникновение у последнего какого-либо сомнения относительно потребительских свойств и характеристик товара, правил и условий его эффективного использования, о которых продавец знал или не мог знать и о которых не сообщил покупателю, обязанность доказать, что такая информация была потребителю предоставлена, лежит на продавце.
Решением суда удовлетворены частично исковые требования Н. к ООО «Трансторг Кемерово» о возложении обязанности передать аэролодку, уменьшении стоимости аэролодки, взыскании неустойки на нарушение сроков передачи товара, неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителей, компенсации морального вреда, штрафа. С ООО «Трансторг Кемерово» в пользу Н. взыскана неустойка за нарушение сроков передачи товара в размере 124 500 руб., компенсация морального вреда в размере 15 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 69 750 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований Н. о возложении обязанности на ООО «Трансторг Кемерово» передать аэролодку, уменьшении стоимости аэролодки на 5%, взыскании в его пользу с ООО «Трансторг Кемерово» суммы в размере 125 350 руб., взыскании с ООО «Трансторг Кемерово» в его пользу неустойки в размере 3% за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя в размере 902 520 руб. отказано.
Отказывая истцу в удовлетворении указанных требований об уменьшении стоимости товара, суд первой инстанции, сославшись на сведения, размещенные на сайте ответчика, согласно которым размер аэролодки, в комплектации люкс, составляет: длина 5,54 м, ширина – 2,14 м, высота 2,54 м., пришел к выводу о том, что между сторонами был заключен договор на изготовление аэролодки в комплектации «данные изъяты», в указанных размерах. А поскольку оснований для уменьшения цены договора не имелось, отказал истцу в удовлетворении требований о взыскании неустойки.
Апелляционным определением решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Н. к ООО «Трансторг Кемерово» о возложении обязанности передать аэролодку, уменьшении стоимости товара, взыскании неустойки за нарушение сроков удовлетворения требования потребителя об уменьшении стоимости товара, отменено, в указанной части принято новое решение о частичном удовлетворении заявленных указанных требований. На ООО «Трансторг Кемерово» возложена обязанность передать Н. аэролодку, уменьшена стоимость аэролодки на 2% до 2 448 040 руб., с ООО «Трансторг Кемерово» в пользу Н. в счет уменьшения стоимости товара взыскано 49 960 руб., неустойка за нарушение срока передачи товара за период с 1 марта 2024 г. по 28 марта 2024 г. в размере 124 500 руб., неустойка за неудовлетворение требований потребителя об уменьшении стоимости товара за период с 21 апреля 2024 г. по 3 мая 2024 г. в размере 293 764 руб. 80 копеек, компенсация морального вреда в размере 15 000 руб., штраф в размере 241 612 руб. 40 коп.
Изменяя решение суда, судебная коллегия, ссылаясь на статьи 10, 12, 18, 22, 23 Закона о защите прав потребителей, пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», указала, что Н., приобретая лодку у продавца, полагался на добросовестность профессионального участника рынка, каковым является продавец. Информация о приобретаемой лодке была предоставлена в коммерческом предложении, исходящим от ответчика, чем и руководствовался истец при заключении договора. Доказательств того, что ответчик ознакомил истца с иными габаритами заказанной им лодки, при заключении договора, материалы дела не содержат.
(Апелляционное определение №33-1902/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Направление претензии о возврате суммы займа по адресу, который не совпадает с местом жительства ответчика, не является надлежащим требованием возврата суммы займа.
Решением суда удовлетворены частично исковые требования Б. к Б.Т. о взыскании задолженности по расписке, процентов за пользование чужими денежными средствами. С Б.Т. в пользу Б. взыскана задолженность по расписке от 8 июня 2015 г. в размере 100 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 5 июня 2024 г. по 6 июня 2024 г. в размере 87 руб. 43 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 200 руб., всего 103 287 руб. 43 коп. В удовлетворении остальной части иска отказано.
Апелляционным определением решение суда первой инстанции в части взыскания с Б.Т. в пользу Б. процентов за пользование чужими денежными средствами отменено, в части взыскания итоговой суммы в размере 103 287 руб. 43 коп. изменено. Принято по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска Б. к Б.Т. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 5 июня 2024 г. по 6 июня 2024 г. в размере 87 руб. 43 коп. В измененной части указано о взыскании с Б.Т.А. в пользу Б.Л.С. итоговой суммы в размере 103 200 руб.
Отменяя решение суда, судебная коллегия, исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 63 и 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указала следующее.
Претензии истца от 23 мая 2024 г. о возврате суммы займа не были вручены адресату и фактически были направлены по адресам, которые не совпадают с местом жительства ответчика, проживающего по месту постоянной регистрации с 14 апреля 2023 г. по другому адресу, в связи с чем, не являются надлежащими требованиями возврата суммы займа.
Поскольку иного с момента надлежащего предъявления займодавцем требования о возврате долга истцом не предоставлено, таковым моментом следует считать 3 июля 2024 г., когда Б.Т. по извещению из суда узнала о наличии к ней со стороны Б. требований о взыскании суммы займа. Поэтому, применительно к требованиям статьи 810 ГК РФ, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течении тридцати дней со дня предъявления займодавцем требований об этом, а именно 2 августа 2024 г.
Таким образом, по состоянию на 5 – 6 июня 2024 г. обязательств по оплате процентов за неправомерное удержание денежных средств у ответчика не возникло.
(Апелляционное определение №33-1973/2024, судья Догорова Е.Ю.).
4. Нарушение или неправильное
применение норм процессуального права
Если учреждение обладает автономией при владении и использовании закрепленного на праве оперативного управления имущества, оно вправе самостоятельно устранить выявленные нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства.
Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия (далее Управление) обратилось с иском к администрации городского округа Саранск, Муниципальному дошкольному образовательному учреждению «Детский сад №22 комбинированного вида» о возложении обязанности устранить нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства.
Решением суда первой инстанции исковые требования Управления удовлетворены, на администрацию городского округа Саранск возложена обязанность в течение шести месяцев с даты вступления решения суда в законную силу в МДОУ «Детский сад №22 комбинированного вида» произвести ремонт: шиферной кровли четырех теневых навесов на территории групповых площадок, в соответствии с требованиями подпункта 3.1.2 пункта 3.1 раздела 3 СП 2.4.3648-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям воспитания и обучения, отдыха и оздоровления детей и молодежи», полового покрытия, стен и потолка в прачечной в соответствии с требованиями подпунктов 2.5.2, 2.5.3 пункта 2.5 раздела 2 СП 2.43648-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям воспитания и обучения, отдыха и оздоровления детей и молодежи.
Суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, к участию в деле в качестве соответчика привлечено МДОУ «Детский сад №22», в качестве третьего лица на стороне ответчика – Департамент по социальной политике администрации городского округа Саранск. Решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Управления удовлетворены к МДОУ «Детский сад №22» по следующим основаниям.
Материалами дела установлено, что причинами обращения истца в суд с настоящим иском послужил факт невыполнения МДОУ «Детский сад №22» предписания об устранении выявленных нарушений обязательных требований в части не проведения ремонта шиферной кровли теневых навесов, а также полового покрытия, стен и потолков в прачечной по причине отсутствия финансирования.
МДОУ «Детский сад №22» создано в соответствии с законодательством Российской Федерации на основании Постановления Администрации г.Саранск от 6 августа 2010 г. №2020, реорганизовано Постановлением Главы Администрации г. Саранска от 13 октября 2015 г. №2935 и свою деятельность осуществляет на основании Устава.
В силу пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная организация обладает автономией, под которой понимается самостоятельность в осуществлении образовательной, научной, административной, финансового экономической деятельности, разработке и принятии локальных нормативных актов в соответствии с настоящим Федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и уставом образовательной организации.
К компетенциям образовательной организации в установленной сфере относятся: материально-техническое обеспечение образовательной деятельности, оборудование помещений в соответствии с государственными и местными нормами и требованиями, в ом числе в соответствии с федеральным государственными образовательными стандартами, федеральными государственными требованиями, образовательными стандартами; создание необходимых условий для охраны укрепления здоровья, организации питания обучающихся и работников образовательной организации (пункт 2,15 части 3 статьи 28 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»).
Исходя из указанных положений, МДОУ «Детский сад №22», обладая автономией при владении и использовании закрепленного на праве оперативного управления имуществом, вправе самостоятельно устранить выявленные нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, при предоставлении соответствующего финансового обеспечения.
(Апелляционное определение №33-2130/2024, судья Скуратович С.Г.).
При рассмотрении заявления об отсрочке или о рассрочке исполнения решения суда с учетом необходимости своевременного и полного исполнения решения, суду в каждом случае следует тщательно оценивать доказательства, представленные в обосновании просьбы об отсрочке (рассрочке).
Определением суда первой инстанции частично удовлетворено заявление Д. о рассрочке исполнения решения Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 14 ноября 2023 г. по гражданскому делу по иску Д. к Ш. о признании договора найма квартиры прекращенным, возложении обязанности передать имущество, по встречному иску Ш. к Д. о признании договора найма жилого помещения расторгнутым, возложении обязанности освободить жилое помещение, взыскании суммы задолженности по договору найма жилого помещения и коммунальным платежам.
Д. предоставлена отсрочка исполнения решения суда от 14 ноября 2023 г. в части уплаты суммы в размере 44 939 руб. 92 коп. на три месяца с момента вступления решения суда в законную силу, то есть до 21 мая 2024 г. В остальной части заявленные требования оставлены без удовлетворения.
Апелляционным определением судебный акт первой инстанции отменен, в удовлетворении заявления Д. о рассрочке исполнения решения Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 14 ноября 2023 г., отказано.
Отменяя определение суда, суд апелляционной инстанции указал, что в данном случае предоставление судом отсрочки исполнения решения без представления стороной должника достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии исключительных обстоятельств, затрудняющих или препятствующих исполнению решения суда, а также об отсутствии реальной возможности должника исполнить судебный акт, противоречит принципу разумного срока исполнения судебных актов, закрепленного в части первой статьи 6.1 ГПК РФ.
Ссылка Д. на тяжелое материальное положение, обусловленное наличием у него кредитных обязательств, в подтверждении чего были предоставлены справки о наличии задолженности, не является основанием для рассрочки исполнения решения суда, поскольку данные обстоятельства относятся к факторам экономического риска, которые должник должен учитывать и принимать надлежащие меры к исполнению своих обязательств.
Указание заявителя на отсутствие у него постоянного дохода, а также на необходимость приобретения собственного жилья, само по себе не характеризует в полной мере его имущественное положение и не является достаточным основанием для удовлетворения заявления о рассрочке исполнения судебного акта. Предоставленные заявителем документы в обоснование своего заявления не подтверждают его материальное и имущественное положение в полной мере, обстоятельства указанные в них, не относятся к исключительным и не свидетельствуют о необходимости предоставления рассрочки.
(Апелляционное определение №33-2039/2024, судья Бурлаков И.И.).
По аналогичным основаниям отменено определение судьи Ленинского районного суда о частичном удовлетворении заявления К. о предоставлении рассрочки исполнения решения суда по делу по иску Г. к К. о взыскании убытков, компенсации морального вреда.
(Апелляционное определение №33-1782/2024, судья Митрошкина Е.П.).
Также по указанным основаниям отменено определение суда первой инстанции об удовлетворении заявления МТУ Росимущества в Республике Мордовия о предоставлении отсрочки исполнении решения суда по иску П., к С., МТУ Росимущества в Республике Мордовия, ООО «Интера» о признании недействительными публичных торгов, договора купли-продажи квартиры и применении последствий недействительности сделки.
(Апелляционное определение №33-1524/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Принятие обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество и денежные средства в пределах заявленных исковых требований недопустимо в случае не представления заявителем относимых и допустимых доказательств того, что непринятие указанных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда в будущем в случае удовлетворения иска.
К. обратилась в суд с заявлением о принятии обеспечительных мер в пределах заявленных исковых требований по гражданскому делу по иску К. к ООО «Сапфир Авто» о взыскании денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.
Определением судьи заявление К. удовлетворено частично, наложен арест на имущество и денежные средства, принадлежащие ответчику в пределах размера суммы удовлетворенных исковых требований размере 1 084 878 руб. 17 коп., в остальной части оставлено без удовлетворения.
Судом апелляционной инстанции определение судьи отменено, вопрос разрешен по существу, в удовлетворении заявления К. о принятии обеспечительных мер в пределах заявленных исковых требований отказано по следующим основаниям.
Доказывание наличия обстоятельств, указанных в статье 139 ГПК РФ, возложено на заявителя, который должен обосновать причины обращения с заявлением об обеспечении иска конкретными обстоятельствами, подтверждающими необходимость принятия обеспечительных мер, и представить доказательства, подтверждающие доводы.
В соответствии с разъяснениями, приведенными в пунктах 14, 16, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2023 г. № 15 «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты», рассматривая заявление о принятии обеспечительных мер, суд устанавливает наличие оснований для принятия обеспечительных мер, определяет, насколько конкретная мера, о принятии которой просит заявитель, связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечит фактическую реализацию целей принятия обеспечительных мер (часть 3 статьи 140 ГПК РФ).
Однако, в материалах дела, в нарушении статьи 56 ГПК РФ, заявителем не представлено относимых и допустимых доказательств того, что непринятие заявленных обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда в будущем в случае удовлетворения иска.
(Апелляционное определение №33-2067/2024, судья Кечкина Н.В.).
Индексация присужденных судом денежных сумм не может быть произведена с учетом ранее индексируемой суммы по этому же решению.
Г. обратился в суд с заявлением об индексации присужденных денежных сумм по приговору суда по обвинению К. в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части второй статьи 163, пунктами «а», «б» части третьей статьи 163, пунктами «а», «б» части третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по решению суда по гражданскому делу по иску Г. к К. о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением.
Определением суда первой инстанции заявление Г. об индексации присужденных денежных сумм удовлетворено частично, с К. в пользу Г. взыскана индексация присужденных денежных сумм по приговору суда за период с 2 мая 2014 г. по 18 июня 2024 г. в сумме 1 256 370 руб. 59 коп., по решению суда по гражданскому делу по иску Г. к К. о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением за период с 20 ноября 2014 г. по 18 июня 2024 г. в сумме 3 622 512 руб. 38 коп.
В удовлетворении остальной части заявленных требований Г. отказано.
Судом апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменено в части взыскания индексации присужденных денежных сумм по решению суда, вопрос разрешен по существу, с К. в пользу Г. взыскана сумма в размере 1 339 121 руб. 85 коп. по следующим основания.
Решением суда первой инстанции было постановлено взыскать с К. в пользу Г. материальный ущерб, который с учетом индексации составляет 6 224 675 руб. 86 коп., без учета индексации 2 289 018 руб. 87 коп.
Поскольку из буквального толкования части 1 статьи 208 ГПК РФ, следует, что индексации подлежат лишь суммы, присужденные на основании решения суда, в связи с чем, определение суда об индексации присужденных судом денежных сумм не относится к числу судебных актов, по которым может быть произведена индексация на основании данной нормы. Поэтому расчет индексации присужденной судом суммы следует произвести, учитывая индексируемую сумму в размере 2 289 018 руб. 87 коп.
(Апелляционное определение №33-1613/2024, судья Кечкина Н.В.).
Если условиями договора страхования выгодоприобретателями в результате несчастного случая или болезни застрахованного лица определены наследники, то указанное страховое возмещение подлежит взысканию в счет задолженности.
АО «РН Банк» (в последствие изменено наименование на АО «Авто Финанс Банк») обратилось к МТУ Росимущества, администрации Городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл (далее Администрация) о взыскании задолженности по кредитному договору и расходов по уплате государственной пошлины, обращения взыскания на залог.
Решением суда первой инстанции исковые требования АО «Авто Финанс Банк» удовлетворены частично, с МТУ Росимущества, администрации в пользу АО «Авто Финанс Банк» в солидарном порядке взыскана задолженность умершей Ш. по кредитному договору в размере 2 671 175 руб. 83 коп., в пределах стоимости наследуемого имущества, открывшегося после смерти Ш.
Этим же решением обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное по договору залога имущество - автомобиль марки «Р». Определен порядок реализации указанного имущества - на публичных торгах.
Суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО СК «Кардиф» (впоследствии изменено наименование на ООО «Дефанс страхование»), решение суда первой инстанции отменено, исковые требования АО «Авто Финанс Банк» к МТУ, администрации городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл и ООО «Дефанс Страхование» о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество удовлетворены частично, с ООО «Дефанс Страхование» взыскана в пользу АО «Авто Финанс Банк страховая выплата в размере 1 641 627 рублей в счет погашения задолженности Ш. по кредитному договору, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 408 рублей, с Российской Федерации в лице МТУ за счет средств казны Российской Федерации, с Администрации в пользу АО «Авто Финанс Банк» в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному в размере 252 542 рублей 77 коп. в пределах стоимости и за счет средств перешедшего к каждому выморочного наследственного имущества, оставшегося после смерти Ш.
Обращено взыскание на транспортное средство марки «Р», 2020 года выпуска, цвет черный, определив в качестве способа реализации имущества - публичные торги.
В удовлетворении остальной части исковых требований АО «Авто Финанс Банк» отказано.
Отменяя решение суда, суд апелляционной инстанции указал следующее.
Материалами дела установлено, что оставшимся после смерти Ш. имуществом, за счет которого могут быть погашены ее долговые обязательства, являются транспортное средство марки «Р», жилое помещение, а также денежные средства, находящиеся на ее счетах, открытых в ПАО Сбербанк.
Судебной оценочной экспертизой определена рыночная стоимость транспортного средства и жилого помещения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники, как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.
Пунктом 2 статьи 1151 ГК РФ установлено, что в порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо муниципального, городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные объекты недвижимого имущества. Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, Санкт-Петербурге или Севастополе, они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации. Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования. Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.
Порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований определяется законом (пункт 3 статьи 1151 ГК РФ).
В этой связи МТУ Росимущества является органом, обладающим полномочиями собственника федерального имущества, а Администрация - органом, обладающим полномочиями собственника муниципального имущества.
Наследники, принявшие наследство после смерти Ш. отсутствуют, доказательств в подтверждение обратного, ответчиками не представлено.
Также материалами дела установлено, что причиной смерти Ш. является заболевание, которое не было диагностировано застрахованному лицу при ее жизни, следовательно, данная причина смерти не относится к событиям, указанным в пункте 4.1.17 договора страхования, которые не признаются страховым случаем. При этом страховой случай – смерть застрахованного лица произошла в период действия договора страхования.
Со стороны ООО «Дефанс Страхование» факт наступления страхового случая не опровергнут.
Учитывая, что по условиям договора страхования в качестве выгодоприобретателя по данному договору определены наследники застрахованного лица, в рассматриваемом случае (с учетом выморочного имущества) в лице МТУ и администрации, а также принимая во внимание, что срок договора страхования не истек к моменту смерти заемщика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности погашения образовавшейся перед банком задолженности наследодателя (заемщика) по кредитному обязательству за счет страхового возмещения по договору страхования, поскольку страховщик в силу закона и применительно к фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора не может быть освобожден от обязанности по выплате страхового возмещения.
Обязанность наследников заемщика, к которым перешли имущественные обязанности наследодателя, исполнить его долговые обязательства в пределах полученного наследственного имущества, также является законодательно установленной.
(Апелляционное определение №33-931/2024, судья Симонова Е.В.).
Факт заключения договора возмездного оказания услуг представителем, действующим по доверенности, не может служить основанием для отказа доверителю в возмещении представительских расходов.
Определением суда заявление Ф. о взыскании судебных расходов удовлетворено частично. С ПАО СЗ «ДСК» в пользу Ф. взысканы судебные расходы в размере 14 820 руб. В удовлетворении остальной части заявления Ф. о взыскании судебных расходов отказано.
Удовлетворяя заявление Ф. о взыскании расходов на оплату судебной строительно-технической экспертизы, оплаченных Ф., суд на основании статьи 94 ГПК РФ, учитывая, что указанное заключение было положено судом в основу решения об удовлетворении исковых требований истца в заявленной части, признал указанные расходы необходимыми, и, исходя из требований разумности взыскал данную сумму.
При разрешении требований Ф. о взыскании расходов на оплату услуг представителя ИП К. по договору в размере 60 000 руб., суд, изучив содержание и предмет договора, пришёл к выводу об отказе в их удовлетворении, поскольку из анализа условий договора следует, что он по своей правовой природе является договором поручения, заключенным в порядке статьи 971 ГК РФ. При этом, суд исходил из того, что Ф., заключая договор об оказании юридических услуг с ИП К. на представление интересов Ф., действовал без предоставленного ему права передоверия, поскольку доверенность, выданная Ф.В., прямо предусматривает запрет на передоверие полномочий по ней, в связи с чем заключенный Ф.В. договор об оказании юридических услуг не породил для истца Ф. обязанности по оплате стоимости услуг, и не подтверждает несение Ф. расходов в размере 60 000 руб.
Апелляционной инстанцией определение судьи отменено, вопрос разрешен по существу. Заявление Ф. о возмещении судебных расходов удовлетворено частично. С ПАО «СЗ «Саранский ДСК» в пользу Ф. взысканы судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 34 000 руб., расходы на оплату судебной строительно-технической экспертизы в размере 14 820 руб. В удовлетворении остальной части заявления Ф. о взыскании судебных расходов отказано.
Отменяя определение суда, суд апелляционной инстанции указал, что факт заключения договора возмездного оказания услуг не может служить основанием для отказа Ф. в возмещении представительских расходов, поскольку Ф.В. действовал в интересах последней, в свою очередь одобрившей его действия, что в силу норм статьи 982 ГК РФ следует квалифицировать как отношения из договора поручения. При таких обстоятельствах Ф.В. в рамках предоставленных ему полномочий Ф. не был лишён права на заключение договора об оказании юридических услуг по представлению интересов в суде, что при буквальном толковании текста договора об оказании юридических услуг и по смыслу статьи 187 ГК РФ, не является передоверием. Само по себе заключение договора с ИП К. на оказание юридических услуг не самим истцом, а её представителем Ф.В., осуществляющим её юридическое обслуживание, заключившим в интересах истца соответствующий договор, не является обстоятельством, свидетельствующим о не относимости договора об оказании юридических услуг к предмету спора, при этом суд апелляционной инстанции также учитывал то обстоятельство, что заключение указанного договора в интересах истца подтверждается самим истцом Ф., которая понесённые ИП К. расходы возместила в полном объёме, что свидетельствует об одобрении ею действий Ф.В., и Ф. вправе претендовать на возмещение ей расходов по оплате услуг представителя.
(Апелляционное определение №33-1315/2024, судья Ионова О.Н.).
Общий принцип пропорционального возмещения судебных расходов стороне, в пользу которого состоялось решение суда, допускает возмещение расходов в зависимости от судьбы каждого вида требований.
Определением суда заявление Л. о взыскании судебных расходов удовлетворено частично. Со Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия в пользу Л. взысканы судебные расходы в размере 90 000 руб. Со Следственного Комитета Российской Федерации в пользу Л. взысканы судебные расходы в размере 40 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.
Апелляционной инстанцией определение суда отменено, вопрос разрешен по существу. Заявление Л. о возмещении судебных расходов по гражданскому делу по иску Л. к Следственному комитету Российской Федерации, Следственному управлению Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия о признании незаконным заключения по результатам служебной проверки и отмене его, признании незаконным представления к освобождению от должности и увольнению и его отмене, признании незаконным приказа об освобождении от занимаемой должности и увольнении и его отмене, восстановлении на службе в ранее занимаемой должности, возложении обязанности изъять из личного дела заключение по результатам служебной проверки, представление к увольнению, зачесть время вынужденного прогула в службу в Следственном комитете, присвоить очередное звание, выдать медаль, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, недополученной материальной помощи, компенсации морального вреда, удовлетворено частично. Со Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Мордовия в пользу Л. взыскано 115 891 руб. 83 коп. в возмещение расходов на оплату услуг представителя. Взыскано со Следственного комитета Российской Федерации в пользу Л. 38 630 руб. 62 коп. в возмещение расходов на оплату услуг представителя. В остальной части заявление Л. о возмещении расходов на оплату услуг представителя оставлено без удовлетворения.
Отменяя определение суда, судебная коллегия указала, что выводы суда об определении размера возмещения расходов на оплату юридических услуг сделаны без учета правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в его постановлении от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».
Истцом было заявлено 9 самостоятельных требований, из которых 2 требования удовлетворены к Следственному комитету Российской Федерации, а 6 требований – к СУ СК России по Республике Мордовия. В удовлетворении одного требования отказано. В этой связи, со Следственного комитета Российской Федерации подлежала взысканию денежная сумма в размере 38 630 руб. 62 коп. (154 522 руб. 45 коп. : 8 (количество удовлетворенных требований всего) х 2 (количество удовлетворенных требований к Следственному комитету Российской Федерации)), а с СУ СК России по Республике Мордовия – 115 891 руб. 83 коп. (154 522 руб. 45 коп. : 8 (количество удовлетворенных требований всего) х 6 (количество удовлетворенных требований к СУ СК России по Республике Мордовия)).
(Апелляционное определение №33-1979/2024, судья Ионова О.Н.).
По аналогичным основаниям отменено определение судьи Ленинского районного суда о взыскании судебных издержек с ОФСР по Республике Мордовия в пользу А.
(Апелляционное определение №33-1653/2024, судья Митрошкина Е.П.).
При установлении тождества оснований исков, сравниваться должны конкретные юридические факты, изложенные в исковом заявлении, с фактами, на которые истец ссылался в первоначальном иске.
Определением суда отказано в принятии искового заявления А. к Нижегородской таможне о признании приказов незаконными, издании нового приказа и выдаче нового дубликата трудовой книжки с корректной записью об увольнении, в связи с имеющимися вступившими в законную силу решениями судов.
Апелляционным определением судебный акт первой инстанции отменен, материал по иску А. к Нижегородской таможне направлен в тот же суд для разрешения вопроса о принятии искового заявления к производству суда.
Отменяя определение суда, судья Верховного Ссуда Республики Мордовия указал, что при установлении тождества оснований исков сравниваться должны конкретные юридические факты, изложенные в исковом заявлении, с фактами, на которые истец ссылался в первоначальном иске. Тождество оснований будет иметь место, если все фактические обстоятельства, на которые истец ссылается в новом исковом заявлении, входили ранее в основание иска, по которому уже был принят судебный акт.
Отказывая в принятии искового заявления по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 134 ГПК РФ, в данном случае суд первой инстанции пришел к преждевременному выводу о полной тождественности исков. Более того, оспариваемый приказ №270-к от 22 ноября 2005 г. не мог быть предметом судебного разбирательства в 1998 году и в 2001 году, поскольку имеет более позднюю дату.
(Апелляционное определение №33-1748/2024, судья Надёжина С.Ю.).
Вопросы представления доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых основано заявление, подлежат разрешению после принятия заявления к производству.
А. обратился в суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда принятого по гражданскому делу по иску А. к Мордовской таможне и Поволжскому таможенному управлению о признании незаконным приказа об увольнении и компенсации морального вреда.
Определением судьи суда первой инстанции заявление А. было оставлено без движения, так как заявителем не указаны обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства. В связи с истечением срока для устранения недостатков заявление А. было возвращено.
Судом апелляционной инстанции определение судьи суда первой инстанции отменено, дело возвращено в тот же суд для рассмотрения заявления А. о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам по существу по следующим основаниям.
Недостатки, приведенные в определении суда первой инстанции, не являются основанием для оставления заявления без движения, поскольку обстоятельства, указанные в статье 392 ГПК РФ и являются основаниями для пересмотра судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам, и дополнительной аргументации со стороны заявителя не требуют.
Кроме того, из материалов дела усматривается, что заявитель А. указал обстоятельства, которые на его взгляд служат основанием к пересмотру решения суда, а именно письмо Нижегородской таможни.
В этой связи оснований для возвращения заявления не имелось.
(Апелляционное определение №33-1452/2024, судья Кечкина Н.В.).
По аналогичным основаниям отменено определение судьи Ленинского районного суда о возвращении искового заявления З. и Г. об обращении взыскания на имущество должника.
(Апелляционное определение №33-1997/2024, судья Куликова И.В.).
Суд не вправе принять решение об удовлетворении исковых требований при признании иска ответчиком без установления всех юридических обстоятельств по делу и правового обоснования заявленных требований.
ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» обратилось в суд с иском к Ж. о взыскании задолженности по кредитному договору.
Решением суда, которое постановлено только на признание иска ответчиком, исковые требования удовлетворены.
Судом апелляционной инстанции решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.
Разрешая требования ООО «ХКФ Банк», суд первой инстанции, руководствуясь статьей 173 ГПК РФ, принял признание иска ответчиком Ж., удовлетворив требования в полном объеме без установления фактических и юридически значимых обстоятельств дела, в порядке части 4.1 статьи 198 ГПК РФ.
Вместе с тем, из материалов дела следует, что ответчик Ж. в итоговом судебном заседании 20 июня 2024 г., по результатам которого принято обжалуемое решение, участие не принимала, представила в суд письменное заявление о признании исковых требований, датированное 10 июня 2024 г., в котором также просила рассмотреть дело в ее отсутствие.
В представленном Ж. письменном заявлении указано, что она признает исковые требования истца о взыскании задолженности по кредитному договору, а также расходов по уплате государственной пошлины в полном объеме. Последствия признания исковых требований, предусмотренные статьей 173 ГПК РФ, ей разъяснены и понятны. Вышеуказанное дело просила рассмотреть без ее участия. В заявлении имеется отметка, что оно написано добровольно, без принуждения.
При этом из материалов дела не следует, кто именно разъяснил Ж. последствия признания иска, учитывая, что она участие в судебном заседании не принимала.
В определении о принятии искового заявления, возбуждении гражданского дела и подготовке дела к судебному разбирательству от 24 мая 2024 г. последствия признания иска также разъяснены не были, а указано лишь на такое право ответчика.
Таким образом, судом первой инстанции не соблюдены требования процессуального закона, позволяющие принять решение об удовлетворении исковых требований при признании иска ответчиком без установления всех юридических обстоятельств по делу и правового обоснования заявленных требований.
Принимая признание ответчиком иска, суд первой инстанции не выполнил возложенные на него обязанности по разъяснению процессуальных последствий признания иска, не выяснил, кто именно разъяснил ответчику последствия признания исковых требований, не убедился в том, что данные последствия ответчику понятны, добровольность намерений ответчика при признании требований не установил, чем нарушил его права.
При указанных обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь пунктом 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ, отменила решение суда, направив гражданское дело для рассмотрения в суд первой инстанции.
(Апелляционное определение №33-1611/2024, судья Куликова И.В.).
Проверка и оценка обоснованности заявленных исковых требований не свойственна на стадии возбуждения гражданского дела и производится судом на стадии подготовки дела к судебному разбирательству и на стадии рассмотрения дела по существу.
К. обратился в суд с иском к ОСФР по Республике Мордовия о возложении обязанности произвести перерасчет суммы страховой пенсии по старости.
Исковое заявление К. определением судьи оставлено без движения, заявителю предложено исправить недостатки, а именно переоформить иск, сформулировав корректно заявленные требования, предоставив обоснованный расчет, а также приложить к иску уведомление или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копии иска и приложенные к нему документы.
В связи с не устранением указанных недостатков, определением судьи заявление со всеми приложенными документами возвращено К.
Судом апелляционной инстанции определение судьи отменено в части возложения обязанности произвести перерасчёт суммы страховой пенсии по старости в связи с не устранением указаний судьи о необходимости переоформления иска по следующим основаниям.
В силу части 1 статьи 150 ГПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству судья, в том числе, разъясняет сторонам их процессуальные права и обязанности; опрашивает истца или его представителя по существу заявленных требований и предлагает, если это необходима, представить дополнительные доказательства в определенный срок; опрашивает ответчика по обстоятельствам дела, выясняет, какие имеются возражения, относительно иска и какими доказательствами эти возражения могут быть подтверждены.
Установив, что представленные доказательства недостаточно подтверждают требования истца или возражения ответчика либо не содержат иных необходимых данных, судья вправе предложить им представить дополнительные доказательства, а в случаях, когда представление таких доказательств для названных лиц затруднительно, по их ходатайству, отвечающему требованиям части 2 статьи 57 ГПК РФ, оказывает содействие в собирании и истребовании от организаций и граждан, в частности, письменных и вещественных доказательств.
Возвращая заявление по мотиву отсутствия обоснованного расчета судья не учел, что в соответствии с вышеприведенными положениями закона и разъяснениями по его применению, уточнение обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела, а также представление расчета пенсии являются задачами подготовки дела к судебному разбирательству. Именно на данной стадии судебного разбирательства подлежат определению юридические факты, лежащие в основе требований истца, а также истцу может быть предложено представить дополнительные доказательства.
(Апелляционное определение №33-1348/2024, судья Кечкина Н.В.).
По аналогичным основаниям отменено определение судьи Ленинского районного суда о возвращении искового заявления М. к ОСФР по Республике Мордовия о возложении обязанности произвести перерасчет суммы страховой пенсии по старости, компенсации морального вреда.
(Апелляционное определение №33-1466/2024, судья Бурлаков И.И.).
Денежное обязательство по оплате, возникшее у должника после принятия арбитражным судом заявления о признании его несостоятельным (банкротом), относится к текущим платежам, и подлежит предъявлению в суд в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, вне рамок дела о банкротстве.
Определением суда оставлено без рассмотрения исковое заявление ООО «Газпром межрегионгаз Саранск» к Р. о взыскании задолженности за потребленный природный газ.
Оставляя исковые требования истца без рассмотрения, суд первой инстанции, руководствуясь частью 5 статьи 222 ГПК РФ, принимая во внимание, что Арбитражным судом Республики Мордовия принято заявление о разрешении разногласий, возникших между финансовым управляющим Р.Л.А. и ООО «Газпром межрегионгаз Саранск» об оплате текущей задолженности за потребленный газ в размере 541 558 руб. 49 коп., пришел к выводу, что в производстве другого суда имеется идентичное с заявленными исковыми требованиями дело.
Отменяя определения суда первой инстанции, судья Верховного Суда Республики Мордовия указала, что денежное обязательство по оплате за потребленный природный газ возникло у ответчика Р. после принятия арбитражным судом заявления о признании его несостоятельным (банкротом), в связи с чем, указанная задолженность, исходя из представленного истцом расчета и периода ее образования, относится к текущим платежам.
Требования кредиторов по текущим платежам не включаются в реестр требований кредиторов должника и подлежат предъявлению в суд в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, вне рамок дела о банкротстве (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. №296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»).
Кроме того, при оставлении искового заявления без рассмотрения, судом первой инстанции не принят во внимание тот факт, что заявление о разногласиях, возникших между финансовым управляющим и ООО «Газпром межрегионгаз Саранск» было подано финансовым управляющим К.С.В. в рамках дела о банкротстве должника Р.Л.А., в то время как предметом настоящего гражданского дела явилась задолженность Р. (т.е. другого лица)
(Апелляционное определение №33-1925/2024, судья Надёжина С.Ю.).
Вывод о том, что на правоотношения, связанные с признанием кредитного договора недействительным, не распространяются положения Закона о защите прав потребителей, не может быть сделан на стадии принятия иска к производству суда.
Определением судьи возвращено исковое заявление С. к АО «Альфа-Банк» о признании кредитного договора недействительным, внесении изменений в кредитную историю, взыскании компенсации морального вреда, на основании п.2 ч.1 ст.135 ГПК РФ, заявителю разъяснено право, что с указанным иском он имеет право обратиться в Мещанский районный суд г.Москвы в соответствии с юридическим адресом ответчика.
Апелляционной инстанцией указанное определение отменено, материал направлен в тот же суд для рассмотрении со стадии принятия к производству суда.
Отменяя определение, судья Верховного Суда Республики Мордовия сослался на разъяснения, содержащиеся в пункте 6 «Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2019)», о том, что кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой. При этом установление действительности или недействительности кредитного договора может быть произведено только в ходе судебного разбирательства. Соответственно, вывод о том, что на спорные правоотношения не распространяются положения Закона о защите прав потребителей, не может быть сделан на стадии принятия иска.
Характер правоотношений сторон, а в связи с этим и возможность применения положений Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» нуждаются в уточнении после возбуждения спора в суде, поскольку на стадии принятия иска правовое положение С., оспаривающего свое положение заемщика, ничем не отличается от положения заемщика, который признает, что получил кредит.
Изложенное свидетельствует о том, что С. имеет право подать исковое заявление по месту своего жительства в соответствии с положениями части седьмой статьи 29 ГПК РФ.
(Апелляционное определение №33-1271/2024, судья Бурлаков И.И.).
Нормы действующего законодательства не содержат требования о направлении досудебной претензии исключительно ценным письмом с описью вложения.
Т. подал в суд иск к УФПС Республики Мордовия о компенсации морального вреда, указав, что Верховным Судом Республики Мордовия ему было направлено 5 декабря 2023 г. почтовое отправление, которое поступило ему лишь 23 декабря 2023 г. Нарушение срока доставки почтового отправления свидетельствует об оказании услуги ненадлежащего качества, чем нарушаются его права, как потребителя.
Указывает, что им 9 января 2024 г. в адрес ответчика была направлена претензия в порядке досудебного урегулирования спора, ответа на которую не последовало. Полагает, что справедливой компенсацией причинённых ему моральных страданий будет являться денежная сумма в размере 7 000 руб.
Определением судьи указанное исковое заявление оставлено без движения на основании статьи 136 ГПК РФ, а в последующем возвращено заявителю.
Возвращая исковое заявление Т., судья, ссылаясь на положения пунктов 21 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. №18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», исходил из того, что истцом не исправлены недостатки, указанные в определении об оставлении иска без движения от 19 февраля 2024г., а именно не представлены доказательства соблюдения досудебного порядка, предусмотренного законодательством, а также не указано верное наименование ответчика.
Апелляционным определением указанный судебный акт отменен, материал направлен в тот же суд со стадии принятия к производству суда по следующим основаниям.
Из разъяснений, данных в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. №18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» следует, что по требованиям, связанным с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по оказанию услуг почтовой связи (например, в связи с невручением адресату почтового отправления, направлением отправителю не действительной информации о получении адресатом почтового отправления), обязательный досудебный порядок урегулирования спора должен быть соблюден пользователем услуг почтовой связи независимо от того, является он отправителем или получателем (часть 7 статьи 37 Закона о почтовой связи).
Истец, ссылаясь на нарушения УФПС Республики Мордовия ненадлежащих оказанием услуг почтовой связи его прав, как потребителя, в исковом заявлении указал, что им 9 января 2024 г. в адрес ответчика была направлена претензия в порядке досудебного урегулирования спора, в подтверждение указанного обстоятельства истцом приложена к иску копия кассового чека.
При этом, с целью исправления указанных в определении судьи об оставлении искового заявления без движения недостатков, истец Т. указал, что копия претензии, направленная им в адрес ответчика, может быть истребована судом самостоятельно.
Между тем, судья, не выяснив обстоятельства действительного направления истцом в адрес ответчика претензии в порядке досудебного урегулирования спора, по сути, отказал заявителю в судебной защите прав, свобод и законных интересов, что является недопустимым.
Указание судьи в определении об оставлении искового заявления без движения на то, что представленная истцом квитанция от 9 января 2024 г. не содержит опись вложения, что не позволяет установить содержание корреспонденции, также является необоснованным, поскольку нормы действующего законодательства не содержат требования о направлении досудебной претензии исключительно ценным письмом с описью вложения.
(Апелляционное определение №33-1265/2024, судья Бурлаков И.И.).
Рассмотрение заявления о пересмотре решения суда по новым или вновь открывшимся обстоятельствам осуществляется в порядке статьи 395 ГПК РФ, не предусматривающей оставление заявления без движения по каким-либо основаниям с последующим его возвратом заявителю.
Председатель ТСН «Хмельницкого 42» обратился в суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда по гражданскому делу по иску Г. к П., ТСН «Хмельницкого 42» о признании решения общего собрания собственников жилого дома, оформленного протоколом №1 от 14 июня 2022 г. по вопросу №3, в части выбора способа управления и создания ТСН «Хмельницкого 42» незаконным и не порождающих правовых последствий с момента принятия данного решения.
Определением судьи указанное заявление оставлено без движения, а затем возвращено заявителю в связи с не устранением недостатков, указанных в определении об оставлении заявления без движения.
Оставляя в соответствии со статьей 136 ГПК РФ поданное заявление о пересмотре решения, судья первой инстанции исходил из того, что заявление не отвечает требованиям абзаца 6 статьи 132 ГПК РФ, поскольку к заявлению не приложены уведомления о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий данного заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц отсутствуют, ссылаясь при этом на аналогию закона.
Апелляционным определением указанный судебный акт отменен, материал по заявлению ТСН «Хмельницкого 42» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда направлен в тот же суд для рассмотрения по существу.
Отменяя определение, судья Верховного Суда Республики Мордовия указал, что рассмотрение заявления о пересмотре решения суда по новым или вновь открывшимся обстоятельствам осуществляется в порядке статьи 395 ГПК РФ, не предусматривающей оставление заявления без движения по каким-либо основаниям с последующим его возвратом заявителю.
Заявление о пересмотре решения не является исковым заявлением, его подачей не инициируется возбуждение гражданского дела, в связи с чем, применение положений главы 12 ГПК РФ (статьи 131 - 136 ГПК РФ), в том числе и по аналогии, в данном случае недопустимо.
(Апелляционное определение №33-1349/2024, судья Бурлаков И.И.).
Если вопрос о возврате государственной пошлины был разрешен в определении об утверждении мирового соглашения, а заявитель обращается с заявлением о выдаче справки на возврат госпошлины, надлежит выдать справку о возврате госпошлины, либо разъяснить положения пункта 3 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.
Определением суда постановлено об отказе ПАО «Т Плюс» в удовлетворении заявления о возврате государственной пошлины по гражданскому делу по иску ПАО «Т Плюс» к администрации г.о. Саранск о возложении обязанности установить на земельном участке дорожный знак, взыскании неустойки.
Апелляционной инстанцией указанное определение отменено, в обосновании указано, что вопрос о возврате государственной пошлины в связи с заключением мирового соглашения уже был разрешен судом в определении от 25 апреля 2024 г., при этом в заявлении от 24 мая 2024 г. истец просил лишь выдать справку на возврат указанной государственной пошлины, в связи с чем, суду надлежало выдать справку на возврат государственной пошлины на основании вступившего в законную силу определения об утверждении мирового соглашения, либо разъяснить заявителю положения п.3 ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.
(Апелляционное определение №33-1328/2024, судья Бурлаков И.И.).
Исковые заявления, поданные в суды общей юрисдикции, содержащие требования о заключении, об изменении и расторжении договоров, относятся к исковым заявлениям имущественного характера, не подлежащим оценке.
Апелляционным определением отменен судебный акт первой инстанции, которым возвращено исковое заявление М., К., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней К.К. к администрации городского округа Саранск о возложении обязанности заключить договор мены части квартиры на другое благоустроенное жилое помещение, передаче жилого помещения в общую долевую собственность, на основании п.7 ч.1 ст.135 ГПК РФ, материал направлен в суд первой инстанции для рассмотрения со стадии принятия искового заявления к производству суда.
Оставляя исковое заявление без движения, а в последующем возвращая его, судья пришел к выводу, что заявленные истцами требования связаны с правами на объект недвижимого имущества, следовательно, являются требованиями имущественного характера, подлежащими оценке, в связи с чем, истцам предложено представить в суд документы, подтверждающие уплату госпошлины, размер которой должен быть определен исходя из стоимости объекта недвижимости, но не ниже его инвентаризационной оценки.
Отменяя определение судьи, судья Верховного Суда Республики Мордовия указал, что исковые заявления, поданные в суды общей юрисдикции, содержащие требования о заключении, об изменении и расторжении договоров, относятся к исковым заявлениям имущественного характера, не подлежащим оценке, поскольку статья 91 ГПК РФ не относит данные иски к спорам, подлежащим оценке.
При подаче истцами вышеуказанного иска в суд, ими должна быть уплачена государственная пошлина в размере, определенном в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Согласно материалам дела, к исковому заявлению приложен чек, подтверждающий оплату истцами госпошлины в размере 300 руб.
При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции не имелось оснований как для оставления искового заявления без движения, так и его возвращения, в связи с чем, обжалуемое определение подлежало отмене с направлением материала в суд первой инстанции для рассмотрения искового заявления со стадии его принятия к производству суда.
(Апелляционное определение №33-1464/2024, судья Бурлаков И.И.).
По искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) органов МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России, при этом иск подлежит рассмотрению в суде по месту нахождения его территориального органа с правами юридического лица, действиями должностных лиц которого причинен вред.
Определением судьи исковое заявление Л. к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании убытков и компенсации морального вреда возвращено в связи с неподсудностью данному районному суду.
Возвращая исковое заявление Л., судья исходил из того, что требования предъявлены к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, находящемуся по адресу: г.Москва, ул.Житная,д.16, на который юрисдикция Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия не распространяется.
Апелляционным определением указанный судебный акт отменен, материал направлен в тот же суд со стадии разрешения вопроса о принятии искового заявления к производству суда по следующим основаниям.
В соответствии с подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. №699 (далее - Положение о МВД России), МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.
В силу пункта 2 Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации на районном уровне, утвержденного приказом МВД России от 5 июня 2017 г. № 355, территориальными органами МВД России на районном уровне, на которые распространяется действие данного типового положения, являются управления, отделы, отделения МВД России по районам, городам и иным муниципальным образованиям, управления, отделы, отделения МВД России на части территорий административных центров субъектов Российской Федерации, управления, отделы, отделения МВД России по закрытым административно-территориальным образованиям, на особо важных и режимных объектах.
Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) органов МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств. При этом иск к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств о возмещении вреда подлежит рассмотрению в суде по месту нахождения его территориального органа с правами юридического лица, действиями должностных лиц которого причинен вред.
(Апелляционное определение №33-1794/2024, судья Бурлаков И.И.).
Меры обеспечения иска могут быть применены и действуют лишь по делу, находящемуся в производстве суда, либо по делу, по которому судом принято итоговое решение.
Определением суда первой инстанции отказано в удовлетворении заявления Б.В.С. об отмене мер по обеспечению иска по гражданскому делу по иску Б.Т.А., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Б.З.В., к Б.В.С., Главе Республики Мордовия, Правительству Республики Мордовия, Администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия, АО «Специализированный застройщик «Мордовская ипотечная корпорация» о признании незаконными и недействительными заявления Б.В.С. от 28 апреля 2016 г. о снятии с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий, постановлений Администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия, согласия Главы Республики Мордовия на предоставление Б.В.С. безвозмездной субсидии, распоряжения Правительства Республики Мордовия, свидетельства о предоставлении Б.В.С. безвозмездной субсидии, договора участия в долевом строительстве жилого дома, передаточного акта, о признании незаконными, недействительными и исключении из Единого государственного реестра недвижимости регистрационных записей, восстановлении Б.Т.А. и Б.З.В. в жилищных правах с постановкой на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий в соответствии с действующим законодательством, возложении обязанности на Правительство Республики Мордовия рассмотреть вопрос о выделении из республиканского бюджета социальной выплаты на приобретение жилого помещения по ныне действующей программе в Республике Мордовия по обеспечению жильем молодых семей в соответствии с пунктом 7 Положения о предоставлении гражданам социальных выплат на строительство или приобретение жилья, утвержденного постановлением Правительства Республики Мордовия от 16 января 2008 г. № 7.
Отказывая в удовлетворении заявления Б.В.С., суд первой инстанции, исходя из того, что возникший между сторонами спор разрешен по существу решением по гражданскому делу №2-38/2024, которое не вступило в законную силу, пришел к выводу о преждевременности отмены мер по обеспечению настоящего иска, поскольку их отмена может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда по делу.
Апелляционным определением судебный акт первой инстанции отменен, заявление Б.В.С. об отмене мер по обеспечению иска по вышеуказанному гражданскому делу удовлетворено.
Отменяя определением суда первой инстанции, суд вышестоящей инстанции указал, что анализ положений статей 139 - 144 ГПК РФ позволяет сделать вывод о том, что меры обеспечения иска могут быть применены и действуют лишь по делу, находящемуся в производстве суда, либо по делу, по которому судом принято решение об удовлетворении исковых требований. Также обеспечительные меры могут сохраняться в случае отказа в иске до вступления в законную силу решения суда. По настоящему делу с достоверностью установлено, что исковое заявление, на основании которого возбуждено данное гражданское дело, оставлено без рассмотрения. Таким образом, производство по данному гражданскому делу не ведется и каких-либо решений с разрешением по существу заявленных исковых требований по данному делу не принималось.
(Апелляционное определение №33-1243/2024, судья Митрошкина Е.П.).
Рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле возможно лишь при их надлежащем извещении о времени месте судебного заседания.
Определением суда удовлетворено заявление К. о взыскании судебных расходов с ИП П.Ю., взысканы в пользу заявителя расходы на оплату услуг представителя в размере 31 000 руб.
Определением судьи Верховного Суда Республики Мордовия постановлено о переходе к рассмотрению данного гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, поскольку отсутствовало надлежащее извещение ИП П.Ю.
Апелляционным определением судьи Верховного Суда Республики Мордовия определение суда первой инстанции отменено, вопрос разрешен по существу. Заявление К. о взыскании судебных расходов удовлетворено, с ИП П.Ю. в пользу К. взыскано в возмещение расходов на оплату юридических услуг 31 000 руб.
(Апелляционное определение №33-1463/2024, судья Митрошкина Е.П.).
Несоответствие резолютивной части мотивированного решения суда резолютивной части решения, объявленной в судебном заседании, является существенным нарушением норм процессуального права.
Решением суда удовлетворены частично исковые требования Т. к ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 1», ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 4» о взыскании компенсации морального вреда. С ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 1» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда взыскано 40 000 руб., и с ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 4» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда взыскано 80 000 руб.
С ответчиков в пользу Т. взыскана государственная пошлина в размере 150 руб. с каждого.
Апелляционным определением указанное решение суда отменено принято новое решение, которым исковые требования Т. удовлетворены частично. С ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 1» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда взыскано 40 000 руб., и с ГБУЗ РМ «Республиканская клиническая больница № 4» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда взыскано 80 000 руб.
Причиной отмены решения послужило нарушение принципа неизменности судебного решения судом первой инстанции.
Исходя из текста резолютивной части решения, объявленной в судебном заседании суда первой инстанции, с ответчика ГБУЗ Республики Мордовия «РКБ №4» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда взыскано 70 000 руб. Аналогичные данные содержатся в мотивировочной части решения суда.
Вместе с тем мотивированное решение суда содержит резолютивную часть иного содержания, а именно о взыскании с ГБУЗ Республики Мордовия «РКБ №4» в пользу Т. в счет компенсации морального вреда 80 000 руб., что является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим отмену решения суда первой инстанции.
(Апелляционное определение №33-1720/2024, судья Митрошкина Е.П.).
Суду при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, суд не вправе уменьшать их произвольно.
Определением суда первой инстанции частично удовлетворено заявление Г. о взыскании судебных расходов по гражданскому делу по иску Г. к К. о взыскании убытков, компенсации морального вреда. С К. в пользу Г. взысканы расходы на оказание юридических услуг в сумме 5 000 руб. В удовлетворении остальной части отказано.
Апелляционным определением указанный судебный акт первой инстанции отменен, вопрос разрешен по существу, с К. в пользу Г. взысканы расходы на оплату юридических услуг в сумме 10 000 руб.
Отменяя определение суда, судья Верховного Суда Республики Мордовия, со ссылками на статьи 88, 94, 98 ГПК РФ, пункты 10, 12, 13, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указал, что суд первой инстанции не привел мотивов снижения размера расходов на оплату юридических услуг, по которым посчитал сумму в 10 000 руб. явно неразумной, не указал цены, которые обычно устанавливаются за аналогичные услуги, а также не представил расчет, который позволял бы проверить правильность исчисления взысканной судом суммы.
(Апелляционное определение №33-1782/2024, судья Догорова Е.Ю.).
Выводы и предложения
В целях устранения отмеченных недостатков предлагается: соблюдать нормы материального и процессуального права с тем, чтобы не допускать вынесения необоснованных и незаконных судебных постановлений, учитывать выявленные в результате обобщения ошибки в дальнейшей работе.
Изучение причин отмены и изменения судебных актов проводилось на оперативных совещаниях с судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия.
Судья Ленинского районного суда
г.Саранска Республики Мордовия Н.В. Бондарева
Судья Ленинского районного суда
г. Саранска Республики Мордовия Н.Н. Тарасова
Помощник судьи А.С. Кирдяпкин
Помощник судьи К.А. Лосякова
